– Разрешите идти?
– Идите?
Пропустив входящего в кабинет маршала, нарком услышал тихий, вкрадчивый вопрос Сталина:
– Объясните мне, товарищ командующий, почему вверенные вам войска оставили позиции ДО назначенного вам срока. И объясните, ОТКУДА у нас такие потери?!
Берия вздохнул, несмотря на предупреждение и начавшуюся подготовку к боям, войска все равно имели мало опыта. Немцы фактически очистили – согнали – приграничную полосу от диверсионных и засадных частей Красной Армии и пытались пробиться к УРам. Сейчас Верховный распекал Ворошилова за срыв наступления под Минском, где два механизированных корпуса под командованием генерала Петрова окружили три пехотные дивизии немцев.
Прилетели мы ночью. Группу представителей царского мира под предводительством адмирала Нахимова встретил лично нарком Берия и после приветствий увел с собой. К нам же подошел капитан и велел следовать за собой. Честно говоря, я хотел отправиться домой – к себе на квартиру. Но приказ наркома – письменно доложить о наших приключениях – поставил крест на моих планах."
"«Ладно, хоть в самолете немного поспать успел!» – вздохнул я, следуя за сопровождающим.
Стоявший над душой Гоголев постоянно задавал уточняющие вопросы. В принципе сперва должны были меня опросить, а потом уже приказать написать все в письменном виде, но, видимо, торопились, раз эти два действа происходили одновременно. Закончил я где-то часа в три ночи. Генерал, схватив папку, куда сложил пронумерованные страницы с моим рапортом, быстро исчез.
– Товарищ майор, прошу вас следовать за мной. Номер на ваше имя уже забронирован, – заглянул в кабинет сразу после Гоголева молодой сержант с повязкой дежурного.
– Мои спутники закончили?
– Так точно. Час уже как ушли.
– Хорошо, тогда идем.
Аля была в моем номере, сидела голышом и полотенцем вытирала волосы.
– Душ справа по коридору, только кабинки не перепутай. Женский налево.