Мертвый мир можно и как большую зону для уголовников-рецидивистов использовать. Для тех, кто окончательно выбор сделал, что уголовка – их среда. Тех, кто по молодости и по дури, кто по неосторожности или еще как, их в обычные. А вот рецидивистов, казнокрадов – в Мертвый мир. Пожизненно. Там и охраны не надо. Просто выполнил норму по доставке ништяков – получай харчи, одежку. Не выполнил – гуляй. Помнишь, немцы, когда началась война, из националистов несколько литовских батальонов создали? Один в окружение под Львовым попал и сдался.
– Вот что, как твой начальник приказываю все эти мысли изложить на бумаге. Рапорт напишешь на мое имя, а я сегодня вечером на закрытое совещание к товарищу Сталину собираюсь, там и предложу это решение.
– Хорошо. Кстати, при отправке можно каждому выдавать оружие. Не очень хорошее. Например, те же винтовки Бердана, все равно же для Царского мира не все пойдет, да и патронов штук десять. Больше им и не надо. А защиту не современную, которой мы пользуемся, а можно противогазы времен гражданской войны.
– Вот и об этом напиши.
– Лады.
Выйдя из кабинета, я прошел к себе и, созвонившись с отделом машинисток, вызвал Ольгу, я с ней всегда работал. Когда она пришла, под стук клавиш компьютера начал диктовать. После того как из принтера вылезли листки с грифом «Совершенно секретно», подписал, на каждый поставил свою личную печать и, убрав в папку, направился к Гоголеву, предварительно отпустив Ольгу.
Передав папку секретарю – начальник был занят, – я попрощался и поехал домой, пора действительно нормально отдохнуть. А спустя четыре дня меня вызвали в Кремль, где Сталин в неформальной обстановке долго пытал меня насчет этих идей и как я пришел к таким выводам. Спустя еще неделю наша «девятка» была выведена из ведомства Берии, и был сформирован отдельный наркомат, во главе которого встал комиссар государственной безопасности третьего ранга Гоголев.