Одно только то, что советские войска захватили более ста тысяч военнопленных, а китайцы всего две тысячи, хотя основные наступательные бои вели именно они, говорило о том, что пленных они не берут.
– А когда они освободили лагерь с местными китайскими военнопленными и архив, то с той поры у китайцев по армии приказ не брать японцев в плен.
– М-да, а ведь аналитики говорили, что они будут мстить за оккупацию и уничтожение населения, – сказал я.
– Так это не их мир! – возмутился Стругов.
– А какая разница? Тут хоть сдерживаться не надо.
– Может, еще и устроят, – глотнув шампанского, сказал Василевский. – Когда мы освободили порт Сэйсин, то китайцы отмели себе четыре транспорта и два сторожевика из трофеев. Как бы действительно не рванули к берегам Японии. С них станется.
Мы еще долго говорили о делах этого мира, так как к сведениям о соседних они допущены не были и информацией не владели.
Домой мы ехали все вместе, то есть мы с Алей и родители. Время было позднее, и чтобы родители не плутали, я уговорил их переночевать у нас. Дело это было обычное, так что они согласились быстро.
Дальше меня закрутила рутина. Во время моего отсутствия отделом руководил Вознесенский, к этому времени получивший звание майора и вторую Красную Звезду на грудь.
"Мертвый мир порадовал огромными доходами и объемом выкупаемых у сталкеров техники, вооружения, драгоценностей и людей. Не знаю, кто первым назвал их сталкерами, но название прижилось. В Мертвый мир эшелонами гнали рецидивистов, хотя сейчас объемы упали, также в мир-тюрьму были отправлены немцы, запятнавшие себя репрессиями и жестоким отношением к мирному населению.