– Брякин перевел-таки Максима на домашнее обучение, теперь не тот ехал в гимназию, а учителей привозили к нему. Но! Отец оборудовал в доме класс и предложил трем семьям отдать своих ребят в эту импровизированную гимназию. Стоит ли говорить, что всех товарищей тщательно проверили, а их родителей изучили под лупой?
– И взрослые согласились? – усомнился я.
– Конечно, – усмехнулся собеседник. – Бойск в те годы был крохотным селом, школы в нем не было. Дети ходили учиться в деревню Правдино, семь километров туда и столько же обратно, в любую погоду.
– Есть сельские школы, где преподают учителя от Бога и дают такие знания, каких не получишь в городских и столичных гимназиях, – заметил я.
Протасов не стал спорить.
– Согласен. Но детям, вынужденным осваивать программу в деревне Правдино, тотально не повезло.
– Так когда-то воспитывали царских детей, – пробормотал я. – Сажали в класс пару-тройку отпрысков из бедных дворянских семей, и те заодно с цесаревичем получали прекрасное образование, становились затем видными членами общества, сохраняли близкие отношения с самодержцем на всю жизнь.
– Толе Винкину исполнилось девять, – продолжил Евгений, – Лене Горкиной тоже, а Гене Палкину одиннадцать.
– Максиму было всего семь, – удивился я, – великоваты товарищи-то.
"– Фраза «Хотел, как лучше, а получилось, как всегда» про Брякина придумана, – хмыкнул Протасов. – Уж очень мечтал мужик об идеальном сыне. Но Геннадий что ни сделает, все не в добро малышу оборачивается. Почему он остановился именно на этих ребятах? Ну, во-первых, выбор оказался невелик.