А у меня с собой и травки есть… – и пока драконица не отошла от шока, посадила Лютика на камень: отмываться, приводить шёрстку в порядок, а сама полезла в сумку за ведьмовскими зельями. Вот, как чувствовала, всё с собой взяла…
Перспектива чистить зубы Алую не радовала, и она попыталась нарычать на меня.
– С набитым ртом не возмущаются, – произнесла назидательно, надавив на драконий нос пальцем. Мной овладела сумасшедшая уверенность, просто безумная, но остановиться я бы уже не смогла, даже если бы захотела.
Коен наблюдал со спокойным умиротворением.
Доев морковь, Алая, наверное, решила, что с ненормальными дела лучше не иметь, и самый безопасный вариант удрать. И она бы удрала, не вооружись я щёткой.
– Не дёргайся, милая. Такая красивая самочка, а зубы не чищены.
Меня могли легко проглотить, но не глотали. Алая странным образом робела перед моей неумной энергией и стоило мне чуть проявить характер – тут же сдавалась.
Другие самки заинтересованно следили за развернувшимся действом, а у меня для них были плохие новости.
Драконы разбегались. Я ловила, они разбегались снова, но что приятно, съесть меня не пытались, только принца веселили.
"Некоторых удавалось подманить вкусняшками, кто-то завлечь разговорами. Выяснила, что драконы обожают слушать, человеческий голос их прямо гипнотизирует. Поэтому, когда пришло время обедать, и мы расстелили покрывало, стали раскладывать коробочки с едой, так любезно собранные господином Нортом, я напевала шутовскую песенку из детства, а вокруг нас собирались заинтересованные драконы.
Пришлось рассказывать сказку. И не одну. Драконы подкрадывались всё ближе ведомые любопытством и вкусными запахами.
Лютик утешал себя орехами и печеньем, но на возлюбленную поглядывал и очень тяжко вздыхал. Мне было его немного жаль и смешно в то же время. Принц растянулся на покрывале полулёжа, а я сидела, прислонившись к тёплому боку Апельсинки, ощущая небывалый комфорт. Словно так и должно быть, словно вот оно – моё место.