Он берёт меня за плечи, слегка нажимает на них, потом перехватывает руки за запястья и выгибает меня. Я оказываюсь на ногах, руки он держит одной рукой, другой же…
– Как скажет моя волчица, – хрипло смеётся этот гад.
И только я хочу уже закричать на него, как вскрикиваю от обрушившегося на меня урагана чувств.
Опоры нет, зато грубые быстрые и резкие толчки выбивают из меня дикие стоны то ли боли, то наслаждения.
Он перехватывает меня за плечи одной рукой и рывком поднимает, меняя угол проникновения, и снова я всхлипываю и скулю от блаженства, что дарит единение с парой.
"Ещё один грубый толчок. Я кричу ему в рот, он заглушает мой вопль, но так и не останавливается, чтобы дать мне передышку. Меня трясёт уже всю, нахожусь на границе потери сознания от сумасшедшего наслаждения.
Казалось бы, и так быстрые проникновения Даррэла ускоряются ещё быстрее.
Правда, пробыла в блаженной темноте я недолго.
– Сколько прошло времени? – прохрипела я, пить после нашего марафона хотелось неимоверно.
– Всего десять минут, но больше на отдых времени нет, – усмехнулся этот самодовольный волк.
– Мог бы быть и поаккуратнее, – пробурчала я. Он явно был не дурак и понял намёк. Только вместо того, чтобы раскаяться, он нагло смял своей ручищей моё бедное бедро, которому и так досталось. – Ох, – вырвалось у меня, то ли отголосок не потухшего удовольствия, то ли боль от перенапряжения мышц. Бедная я.
– Обещаю, что когда будем на месте, я помогу тебе и разогрею все твои мышцы, – усмешка так и не покидала его самоуверенное лицо. И мне ой как захотелось её стереть с этого наглого лица.
– Кто тебе сказал, что мне некому помочь в этом щекотливом вопросе? – я в наигранном удивлении подняла одну бровь, потом встала и как ни в чём не бывало начала возвращать свою одежду на место, благо она практически была ещё на мне.
Этот голодный волчара даже не удосужился её снять. И поэтому я теперь наблюдала то тут, то там мелкие дырки от его когтей, про рубашку лучше вообще не заикаться, пары пуговиц точно не досчитаюсь.