Глядим на нее недоуменно, а она отвечает нам каким-то хитрым взглядом. Взмахивает рукой, указывая направление, и выдает:
– Или что, боитесь? Что кто-то запалит адскую четверку за неподобающим занятием?
– Адскую четверку? Так ты нас называешь, значит? – переспрашивает Малой.
Мальвина ничуть не смущается:
– Именно. У меня для вас есть много прозвищ, но так – чаще всего.
Бус наклоняется, загребает снег руками и швыряет его в Разноглазку, она с визгом отпрыгивает, а он радостно гогочет. Кричит ей:
– Ты нас на слабо не бери, киса.
А я говорю:
– Кто последний до горки, тот посуду у Белого моет, – и сам подрываюсь с места, поскальзываясь на заледеневшем асфальте. По топоту, пыхтению и смеху за спиной понимаю, что два раза им повторять не надо. Несемся наперегонки, выдавая по ходу какие-то звериные звуки. Ухаем, кричим, заводим друг друга. Худой и высокий Белый прибегает первым, но не удерживает равновесия, с размаху шлепается на задницу и тут же катится вниз. Мы ржем над этой комичной картиной, почти задыхаясь.
Строимся паровозиком и на ногах едем к Диману, вцепившись в куртки друг друга. У подножия горы, конечно, падаем. Возимся в снегу, смеемся.
Малой требует:
– Встаньте, черти! Все кости мне переломаете! Мальвина, ты можешь остаться.
Ловит мой бешеный взгляд и взрывается хохотом:
– Шутка! Чувство юмора имеется, Гильдия?
– Имеется, – ворчу, поднимаясь и помогая Разноглазке. – Знаешь, что еще иметься может за такие шутки?
– Догадываюсь, – радостно скалится этот дурак.
– А кто последним-то прибежал? – интересуется Белый.
– Лана.
– Ой, Мальвина, придется тебе посуду мыть. Переживешь как-нибудь?
– Ага. Не знаю только, как пережить то, что вы такие идиоты.
Раскрасневшаяся, она звонко смеется. Живет. Сейчас живет, на полную катушку, как и хотела. Моя удивительная девочка.
Глава 36
Лана
Мы забиваем на киносеанс и долго катаемся с горки. Боремся, валяемся в снегу, громко смеемся. Я чувствую такое одуряющее счастье, что на пару часов напрочь забываю обо всем.
"В итоге выбиваемся из сил. Щеки красные, руки без перчаток задубевшие, одежда на нас мокрая и тяжелая.
– Погнали переоденемся? – говорит Тим. – А потом ко мне. Родители свалили до понедельника.
– Мальвина, ты придешь?
– Не думаю, что получится сегодня, мальчишки.
Все веселье вышибает из меня разом.