А потом говорит:
– Родители в разводе уже лет пять.
И я сначала не понимаю, почему он вдруг решил заговорить о себе. Обычно его очень тяжело спрашивать о личном, особенно о семье. Внезапно осознаю, что он нас уравнивает. Дает мне что-то взамен того, что сам обо мне знает.
– Отец с тех пор ни разу не пытался даже с днем рождения поздравить. Наверное, знает, что я бы говорить с ним не стал. Он нас бил. Меня и маму. И она от него ушла.
Я не знаю, что ответить. Поэтому останавливаюсь прямо посреди улицы, поворачиваю его кепку козырьком назад и целую в губы.
Кир расслабляется. Принимает. Хочу верить, что понимает меня.
– Мальвина нашла своего Буратино! – раздается радостный вопль с другого конца аллеи.
– Губы не сотрите!
– Кир – красавчик! Дожал!
Это остальные трое. Идут расхлябанной походкой, орут на всю улицу, превращаясь в то самое обезьянье племя, каким я их компанию когда-то увидела.
Кир молчит. Прижимает меня к своему боку одной рукой. Другой поворачивает бейсболку козырьком вперед, натягивает ее ниже. Он стесняется! Поверить не могу. Непробиваемый Гильдия смутился.
– Почему Буратино, а не Пьеро? – спрашиваю, когда парни подходят к нам и заканчивают свои ритуальные пляски.
– А она мутила не с Буратино?
– Это детская сказка, она вообще ни с кем не мутила, – веселится Бус.
– Да просто Кир у нас кусок полена, поэтому, – Белый ласково треплет друга по голове.
Тот отмахивается и ворчит:
– Отвалите, а? Черти.
– Да нужен ты нам!
– Ну что, идем? – говорит Малой.
– А куда мы идем? – удивляюсь я.
Разгильдеев берет меня за руку:
– В кино. Не против?"
"Я только качаю головой. Конечно, я не против. Мне вообще, по большому счету, абсолютно все равно, куда идти.
Глава 31
В кино в этот раз я сажусь с краю. Рядом с Разгильдеевым. Все происходит как-то легко и органично, без толкотни, как в прошлый раз. Будто все точно знают, что нужно делать. Я понимаю, что Кир готов делить с друзьями мое время, но совершенно не хочет отдавать им какие-то другие вещи.