Он смотрит только вперёд. От шеи к уху идёт провод наушника. Ему плевать на игры хозяина.
Прикрываю глаза. Покоряюсь воле Леона. Он притискивает меня к себе сильнее и губами находит мочку уха. Сосёт её. Лижет. Дразнит кончиком языка и ведёт порочную дорожку вверх, вкручиваясь языком.
Порочный шёпот струится дорожкой прямо в ухо:
– Я знаю твоё слабое местечко, Клубника. Ничего не изменилось? Ты по-прежнему готова кончать для меня без перерыва?
Я откидываюсь на спинку кресла и расслабляюсь, не выдерживая его сильного натиска, его властного напора.
– О да… – выдыхаю, ненавидя себя за эту постыдную слабость. За приглушённый стон и желание ощутить в себе мощь каменного члена, его длину и потрясающую способность выбивать оргазмы и пошлые стоны всего несколькими толчками.
– Умница. Продолжай. Мы едем в имение деда… Я хочу, чтобы ты кончила до того момента, пока мы приедем. Не выпущу из машины, пока ты подаришь мне оргазм… Давай, Клубничка!
С каждым своим словом он ускоряется.
– Ты пахнешь на весь салон, – сообщает он мне с порочной ухмылкой. Я заставляю себя открыть глаза. Почти сразу же тону в обжигающей черноте его расширенных зрачков. Вижу в них себя – раскрасневшуюся, растрёпанную, жадно глотающую воздух ртом. Он как будто уже хорошенько оттрахал меня, но готов продолжить ещё.
– Часто ты развлекаешься так, Леон? – внезапно спрашиваю я дрогнувшим голосом.
"Почти сразу же начинаю ругать себя. Зачем мне знать это? Зачем слышать от него что-то вроде “ты тысячная в моём списке”… Боже. Я дура, реально схожу с ума и дурею от его ласки!
Леон замедляет пытку пальцами. Второй рукой распускает ширинку на своих брюках.
– Оттяни, – приказывает. – Достань член и сожми его в кулаке.
Я охотно выполняю его приказ. Каменная твёрдость его члена с выступившей на головке смазкой так и просится в мою ладонь.
– О да… Сожми ещё. Не сломаешь, – выдыхает Леон с лёгким стоном, двигая бёдрами навстречу ко мне. – Подрочи мне.
Он говорит нарочно пошло и отвязно, словно проверяет границы моей выдержки.