Но обстоятельства изменились, причем не к лучшему. Ему нужно кое-что выяснить, и Баки с этим не поможет. Баки свое дело сделал. Если он не дурак, то уже сидит в самолете — улепетывает из зоны выпадения радиоактивных осадков. Впрочем, может быть, никакой опасности нет, и Билли просто шарахается от теней. Надо это выяснить.
Он спускается в подвал, надевает прикид Далтона Смита — на сей раз надувая живот почти на полную — и очки без диоптрий в роговой оправе, которые лежали на книжной полке в гостиной рядом с томиком «Терезы Ракен».
Впрочем, риск оправданный, считает Билли: они-то уверены, что он затаился. Может, даже свинтил из города. И даже если они продолжают шерстить город, прикид Далтона Смита должен сработать.
"Он все-таки решил купить себе еще один предоплаченный мобильник — и нет, он не корит себя, что утром выбросил неиспользованный в канализацию. Только Бог предвидит все, а избавляться от лишних телефонов — разумная мера, не глупость (в отличие, например, от того, как он чуть не вышел из переулка в костюме Колина Уайта). В деле Билли — мокром деле, если точнее — можно только составить план и надеяться, что все предусмотрел, а то, что ты не учел, не выйдет тебе боком.
Я не могу попасться, думает он. Если попадусь, растениям Беверли хана.
Все остальные магазины занюханного торгового центра, где находится «Зоунис», закрыты. Маникюрный салон «Ноготки» не откроется никогда: окна замазаны мылом, на двери висит официальное уведомление о банкротстве.
Два молодых испанца в пивном отделе — единственные покупатели. Стойка с предоплаченными мобильниками расположилась между стеллажом с энергетиками и стеллажом с фасованными пирожными и сладостями (их там пятьдесят разновидностей, если не больше).
— Это все? — спрашивает кассир.
— Все. — В образе Далтона Смита он старается говорить чуть более высоким голосом. Это помогает не забывать, кто он такой.
Кассир пробивает мобильник.