Когда (и если) придет время, ему необязательно будет их говорить, однако сейчас он разучивает их наизусть, повторяя вслух снова и снова. Возможно, ему понадобится только одна. Или две. Или ни одной. Но перестраховка еще никому не помешала.
Me Ilamo Pablo Lopez.
Esta es mi hija.
Estos son para el jardín[57].
Mi es sordo y mudo: Я глухонемой.
4
Утром они завтракают в «Крейзи кау», потом выезжают. Билли не хочет слишком утруждать свой старый пикап, да и необходимости гнать нет. До Вегаса всего пара сотен миль.
Чтобы скоротать время, он рассказывает Элис, как пришел в бизнес. Джонни Кэппс был первым звеном в этой цепи, которая закончится — осталось выковать по меньшей мере еще одно звено — на магистрали I-70, ведущей на запад.
— Погоди, это же тот парень, который остался без ног. Которого повстанцы оставили в живых, как приманку.
— Да. Клэй Бриггс — Фармацевт — смог остановить кровь, а потом Кэппса на вертолете доставили в дрянной ветеранский госпиталь, где он провел очень много времени и плотно подсел на иглу, пока врачи пытались реабилитировать то, что не подлежало никакой реабилитации.
— Как грустно.
Что ж, думает Билли, хотя бы история с наркотой кончилась хорошо. С Джонни связался его двоюродный брат Джоуи, оставивший себе итальянскую фамилию Каппицано (хотя все, конечно, звали его Джоуи Кэппс). С разрешения одной из крупнейших нью-йоркских организаций — и, разумеется, картели «Синалоа», контролировавшей городской наркобизнес, — Джоуи Кэппс создал собственную организацию.
— И он спрыгнул?
— Да. Все это он рассказал мне сам, при встрече. Полежал в реабилитационном центре — лечение оплатил братишка, — а потом до самой смерти три-четыре раза в неделю ходил на встречи бывших наркоманов. Умер несколько лет назад. От рака легких.
Элис хмурится.