Блейз Уиндхем

Близнецы захихикали, Гленна вспыхнула, услышав, как ее назвали» милой дамой «, а Ванора спросила:

— Что это за странный акцент?

— Ванора, ты забываешься! — упрекнула Дилайт, вталкивая младшую сестру в дом.

— Да, но как можно о чем-нибудь узнать, не задавая вопросов? — возразила Ванора оскорбленным тоном.

Розмари Морган уже спешила к ним.

— Живее, Дилайт, поднимайся к себе! Ты должна переодеться. Прибыл лорд О'Брайан!

— Я так и знала! Я была права! — заплясала от радости Гленна.

— Помолчи, противная лягушка! — фыркнула Ванора.

Гленна сделала гримаску и бросилась наутек, визжа от страха, когда Ванора погналась за ней, торопясь подвергнуть младшую сестру суровому наказанию.

— Ванора с каждым днем становится все больше похожей на Блисс, — усмехнулась Дилайт.

— А Гленна — на Ванору в этом возрасте, — добавила Розмари, поднимаясь по лестнице.

— А где же сын лорда О'Брайана, мама? Я думала, он приедет с отцом, чтобы мы смогли познакомиться…

— Мне ничего не известно, — отозвалась леди Розмари.

 — Все, что я могу сказать тебе, — отец познакомил нас, а затем велел как можно быстрее привести тебя, — леди Морган помогла дочери сменить простое домашнее платье на более изысканный наряд. Она тщательно зашнуровала лиф из розового шелка с изящной вышивкой жемчугом. Верхняя и нижняя юбки были сшиты из шелка того же яркого цвета; нижнюю юбку, оттенком светлее, покрывал узор из маргариток и бабочек, выложенных мелкими речными жемчужинами.

Дилайт схватила щетку и принялась расчесывать спутанные кудри, но когда она попыталась уложить их узлом, мать остановила ее.

— Оставь волосы распущенными. Знаю, этого не стоит делать, но лучше тебе не казаться старше своих лет — иначе О'Брайан решит, что мы подсунули ему старую деву.

Дилайт издала еле слышный стон.

— Послушать тебя, так мне уже не на что надеяться, мама.

— Надо ли напоминать, сколько тебе лет? — последовал резкий ответ.

Дилайт промолчала, вдевая в уши жемчужные серьги и застегивая на шее жемчужное ожерелье — подарки Блейз и Тони, присланные в Эшби на ее день рождения.

Видя эти. украшения, Дилайт каждый раз испытывала угрызения совести, но, поскольку у нее не было других драгоценностей, способных произвести впечатление на лорда О'Брайана, она надела жемчуг.

Леди Розмари одобрила внешность дочери и проводила ее вниз, в библиотеку Роба. Дилайт превратилась в красавицу, но мать никогда не говорила такие вещи дочерям, чтобы тщеславие не лишило их здравого смысла.