— Она, не сумлевайся, — поддакнула ключница, вытягиваясь в струнку, чтобы ничего не пропустить.
Княжий человек каждый мешочек развязал, показал, что там серебро и предложил взвесить. Пока Дуня разбиралась с серебром, по дому распространялся умопомрачительный запах выпечки и Василиса угостила посланника кексами.
— До чего вкусно! Ничего похожего не ел, — расхваливал гость и косил взглядом на пустую тарелку.
Пяток кексов умял и крошки подобрал! Дуня сглотнула слюну, но вернулась к делам:
— А куда брусчатку возить? Где сгружать? — деловито поинтересовалась она.
— У Тверских ворот, — одобрительно кивнув её вопросу, четко ответил посланник и выжидающе посмотрел на неё.
— Ну, тогда как дороги подмерзнут, так наши люди начнут подвоз, — пообещала она, хотя даже не представляла, осталась ли у Якима готовая брусчатка?
Как только спровадили княжьего человека, Дуня бросилась пробовать кекс, а после известила Семёна:
— У нас полно дел, не засиживайся!
— Куда собралась, заполошная! — вскинулась ключница.
— Деньги тратить, пока дед не пришёл, — быстро жуя, пробормотала она.
— Не пущу! — подскочила женщина.
— Василиса, милая, всё же мимо нас опять пройдет! — воззвала к благоразумию ключницы Дуня. — Деду сколько не дай, всё потратит, а у меня идея!
— Боярышня, не дам тратить! — не сдавалась Василиса.
— А вдруг моя идея гениальная, а ты режешь её на корню! — возмущенно завопила она, чувствуя обиду.
— Не доводи до греха! — ключница раскинула руки и легла на мешочки с серебром.
— Ах ты так! Семён! — заорала Дуня и, подскочив, подсунула руку под тело ключницы, впиваясь в мешочек.
— Не дам! — заголосила та, плотнее вжимаясь в мешочки с серебром, но Дуня уже добралась до одного и сцапав приличную горсть монет, воскликнула, изображая генерала, посылающего в бой войска:
— Прорываемся к выходу! Ур-р-ра!
Она увернулась от попытавшейся её схватить Василисы и бросилась к выходу прямо в красивой княжьей шубке.
— Гриша, — она выскочила во двор, — я тут… неси меня… ты где…
Её подхватил на руки боярич и посадил на своего коня — ему было весело.
— Ох и влетит тебе! — радостно сообщил он ей.
— Так и тебе тоже! — хмыкнула Дуня.
Семён не перестал скалиться, а только спросил:
— Куда едем?
— Боярышня, а как же я? — выскочил Гришка.
— Догоняй!
— А возок?
— Пусть к рынку подъезжает.
— Ага, сейчас крикну…
— Евдокия! — выскочила Василиса. — Я всё боярину-батюшке скажу! Евдокия!!!
— Без меня все кексы не съешьте! — погрозила Дуня пальцем.