Боярышня Дуняша 2

— Боярышня, нельзя тебе туда, — пискнула жмущаяся к ней девка и тянущая её за рукав, чтобы не стояла столь близко к бояричу.

— Хорошо, Семён будь добр, пройди туда сам, посмотри, что с хозяином дома.

Дуня говорила, не отрывая взгляда от Семена и не без злорадства отметила растерянность на его лице. Он не понимал, что должен смотреть, как реагировать. И тогда она уже спокойней продолжила:

— Возможно, боярина Савву лучше перенести в общую горницу и устроить у тёплой стены. Там за ним будет удобнее приглядывать, кормить, обтирать, да и лекарке сподручнее осмотреть.

Гостей не ожидается, так что ничего страшного не случится.

Семён внимательно выслушал, ожёг злым взглядом девку, предупреждая её, чтобы не пускала боярышню на мужскую половину и пошёл вперёд. Дуня же оглянулась и тихо спросила её:

— Как думаешь, справится?

— А чего не справиться, ежели ты ему всё разжевала. Пойдем вниз, боярышня. Смердит тут.

За боярином ещё меньше ухаживали, чем за бабкой. Дуне оставалось только с горечью вспомнить цитату из будущего — если пациент хочет жить, то врачи бессильны.

Боярин Савва хотел жить, раз жизнь ещё теплилась в его теле.

— Передай Грише, чтобы он позвал кого, обмыть боярина, а ты всё приготовь.

— Чего «всё»? — не поняла девица.

— Место для мытья и где потом уложить хозяина. Грязное собери и передашь здешней челяди, когда они вернутся с заработков.

— С заработков! — хмыкнула девушка. — Да ничего они не зарабатывают, кроме пары яиц и горсти запаренных зёрен.

Они ж ничего не умеют делать, кроме как по дому хлопотать, а кто чужаков к себе пустит?

— Бестолковщина какая-то, — сделала вывод Дуня и пошла осматривать дом.

Всё казалось заброшенным, и запах был соответствующим. Почему невзгоды отразились на соблюдении чистоты? Или это сказалось отсутствие хозяйки? Так домашняя челядь пожизненно привязана к дому и другого жилья у них нет и не будет. Уж у себя-то они могли бы убираться?

Дуня посмотрела на следующую за ней по пятам дворовую девицу Даринку и с внутренним удовлетворением отметила на её лице брезгливость.

Даринке тоже не нравились запустение и грязь. Весь её вид говорил: «Ну как так можно?»

Дуняша командовала в доме Совиных до прихода деда, а потом он уже побеседовал с вернувшейся с заработков челядью и Павлушкой. Вечером Еремей выговаривал внучке:

— Ты молодец, что позвала Катерину к Савве. Она осмотрела его, но ничего не обещала. Сказала, что ещё можно побороться за него.