«Дим», — хнычу я.
Виска касаются губы и прокладывают дорожку вниз по щеке.
И я всем существом рвусь к ним. Мне так их не хватает. Я снова хочу летать.
Я первая целую родные губы, упиваясь ими, не обращая внимание, что поцелуй соленый от моих слез. Глажу колючую щетину, зарываюсь пальцами в густые отросшие волосы.
Димка отвечает мне страстно, жадно. Я хватаюсь за него, как за последнюю опору. Позволяю его рукам сжимать меня, тискать. Разрешаю его губам клеймить меня. Все так, как и должно быть.
Я не хочу просыпаться, но мне кажется, что стоит только сейчас открыть глаза, и я увижу того самого, того, которого до сих пор вопреки здравому смыслу люблю.
— Девочка, — бессвязное бормотание, горячее дыхание, опаляющее мои губы.
И я превращаюсь в мягкую глину в его руках, льну к нему, тянусь и таю.
Я должна увидеть в его глазах то, что видела раньше. Одержимость мной. Его жажду. Его лихорадку.
Иначе все не имеет смысла.
Без этого, мир можно выбросить на свалку.
Я распахиваю ресницы… прямо в реальность.
Солнечный свет режет воспаленные глаза, но приятные ощущения не пропадают.
И мозг заторможенно регистрирует, как вспыхивают искорки рядом с тем местом, где горячая ладонь продолжает наглаживать голое бедро под юбкой. Мои пальцы запутались во взъерошенных волосах и прижимают к себе голову того, кто покрывает жалящими поцелуями мое горло.
Я застываю, у меня нет сомнений, кто это. Мои реакции не изменились ни на каплю. Как унизительно, что он это теперь знает.
Как долго он меня лапает, а я послушно выгибаюсь под его ласками?
— Убери руки, — непослушным со сна голосом хриплю я.
Но Демон меня не слышит.
— Отрава, — бормочет он и проводит кончиком языка у меня за ухом.
И я отталкиваю его. Получается не сразу. Демон не торопится разжимать объятья.
С ужасом смотрю в его шалые глаза, полыхающие странным огнем.
— Как ты посмел? — у меня срывается голос. — Убирайся!
Снова на его лице проступает растерянность, а потом взгляд Демона тухнет, покрывается коркой льда. Сузив глаза, он молча отступает, а я лихорадочно поправляю одежду, вытираю следы его поцелуев.
— Ты об определилась уже, — зло усмехается он. — Ты верняк готова под меня лечь.
— Ты еще здесь? — я уже звучу истерично, но меня трясет. Бьет током изнутри, ко мне можно подключать лампочку. От меня фонит подбирающейся истерикой. Горло сжимает спазм.
Смерив меня морозным взглядом, Демон убирает руки.