— Есть какой-то секрет?
— Нет никакого секрета, — разочаровала она меня. — Со временем это становится не очень сложно. Ты научишься.
Будем на это надеяться… Эти дурацкие отражения повсюду основательно сбивали с толку. В этот момент я вдруг увидел впереди самого себя, который стремительно приближался. Выставил руку вперед и уперся в теплое зазеркальное стекло. Похоже, чуть в стену не врезался. Надо быть осторожнее, чтобы не расшибить себе лицо.
Вскоре я и в самом деле начал понемногу привыкать. Не то чтобы я с легкостью замечал проходы в стеклянных стенах, но дело шло.
Все это время мы шли, придерживаясь одной стороны. Все-таки правило одной руки никто не отменял, тем более, что здесь оно работало исключительно. По крайней мере, пока мы довольно успешно продвигались вперед и еще ни разу не возвращались на прежнее место. Ну… Если не считать одного тупикового направления, но от таких моментов никто не застрахован.
Уже прошли несколько комнат, каждая из которых была очень похожа на предыдущую, пока не забрели в нечто наподобие крохотного парка. Здесь было несколько деревьев со стеклянными листьями. Я видел такие в прошлый раз. При ближайшем рассмотрении оказалось, что листья на самом деле двигаются. Совсем чуть-чуть, но все-таки двигаются!
А еще на стволе одного из деревьев было женское лицо. Оно тоже было стеклянным, только другого цвета. Как будто с легкой позолотой. На глазах было чуть больше позолоты, чем на остальном лице, отчего создавалось впечатление будто она на тебя смотрит.
В какой-то момент меня охватило непреодолимое желание дотронуться до этого лица и посмотреть, что из этого выйдет, но Софье удалось в последний момент перехватить мою руку.
— Макс, давай без экспериментов, ладно? — разнервничалась Воронова. — Что за привычка вечно совать свой нос куда не следует? Пойдем отсюда, вон, смотри, там еще один проход."
"Я с сожалением посмотрел на позолоченное женское лицо и пошел вслед за Вороновой, рассматривая по ходу небольшое стеклянное озеро, на берегу которого замерла бронзовая птица.
— На твоем месте я бы не стал этого делать, — посоветовал мне Дориан, но было уже слишком поздно.