— Эта сволочь просто издевается над вами, Максим! Думаю, следует проучить его самым страшным образом за то, что он доставляет вам такие жуткие страдания! Тем более, что это все явно попахивает обманом… Кто бы мог сомневаться… Чего можно ожидать от проклятой семейки убийц?
Однако Петр Карлович ошибся, на Хрустальной Поляне, что-то явно происходило. Свет внутри кристаллов стал ярче, а вместе с ним усилилось и потрескивание. Вслед за этим вокруг стало немного светлее. Самое удивительное, что это произошло как-то локально, только лишь над этим местом.
Затем случилось самое примечательное, между кристаллами появилась граница. Разделяющее их пространство изменилось и стало похоже на желе, через которое стало ничего не видно вокруг. Лишь темнота.
Сложно было сказать, что находится сейчас вокруг треугольника из желе, в котором я оказался. Я по-прежнему на Хрустальной Поляне или уже где-нибудь в Сером Мире?
Едва я подумал об этом, как случилась странная штука… Все три кристалла одновременно ярко вспыхнули, а прямо в центре поляны появилось яркое светлое пятно, очень похожее на солнечный зайчик.
Сначала совсем небольшой, размером с блюдце, но с каждой секундой он все расширялся и расширялся. Как только пятно достигло примерно метра в диаметре, оно плавно поплыло к одной из желейных стенок, оставляя за собой яркий светящийся след. Когда достигло ее, то вспыхнуло и исчезло, а сама стена начала переливаться всеми цветами радуги.
— По-моему, сработало, мой мальчик, — сказал Дориан, зарабатывая себе очередной орден «За Очевидную-очевидность».
— Мой господин, вы уверены, что хотите туда идти один? — спросил Ибрагим, глядя на переливающуюся разными цветами желейную стену.
— Абсолютно уверен. Ты и Градовский будете ждать меня здесь, — сказал я. — Должен же кто-то сообщить, где меня искать, если со мной вдруг что-нибудь случится. Так что, если к вечеру следующего дня не вернусь — начинай что-нибудь предпринимать по моему спасению.
Турок пробормотал что-то неразборчивое насчет того, что к тому моменту может быть уже слишком поздно, но возмущаться не стал."
"— Кстати, Петр Карлович, как видишь, Херцег оказался не такой уж сволочью, какой ты себе его представлял, — сказал я объятой пламенем голове, которая с подозрением осматривала стену. — По-моему, это и есть проход в Серый Мир.
— Это не отменяет моих слов… — пробурчал Градовский.