Хотя он и рассказывал мне про свои последние похождения в некрослое и о том, что меня ждет в ближайшее время, на самом деле его мысли были далеко. Думаю, в этот момент он размышлял только об одном — насколько серьезно стоит относиться к моим словам и к неизвестной жидкости в пузырьке."
"В какой-то момент я понял, что мне пора уходить, а ему пришло время наконец покончить со своими тревогами и принять первую дозу Эликсира Жизни. Только это уже без меня. На прощание он все-таки смог выдавить из себя «спасибо, Темников», что в случае с Александром Григорьевичем было высшей степенью признательности.
Понятное дело, что возвращаться домой было уже поздно, да и сил у меня на это уже просто не оставалось. Я решил остаться на ночь в «Китеже». Так будет даже лучше. Спокойно схожу в Берлогу, отдохну как следует… По-моему, я это заслужил.
— Какие могут быть сомнения, мой мальчик? — удивился Дориан. — Ты разгадал тайну книги Кайсаровых и создал Эликсир Жизни! Тебе за такое положен килограмм конфет!
— Еще неизвестно, поможет он или нет… — сказал я и кивнул на прощание охраннику, который строго посмотрел на меня и сделал какие-то пометки в своем журнале.
— Это второй вопрос, который от тебя уже не зависит. Все что мог, ты сделал, — решил утешить меня Мор. — Хотя ты прав, будет немного обидно, если после всего, что пришлось сделать ради этого пузырька, ничего не получится.
По пути в общагу я предупредил деда, что останусь на ночь в школе и позвонил Ибрагиму, чтобы тот отправлял внедорожник обратно на базу «Теней».
— Почему ты все время носишь эти четки с собой? — первый раз за этот вечер решил подать голос Петр Карлович. — Это твои счастливые талисманы?
— Что-то типа того, — ответил я и посмотрел на нить разноцветных даров демонов хаоса на своей руке. — Я без них никуда не выхожу.
— У меня тоже при жизни всегда с собой талисманы были, — поделился Градовский.
— Врет, собака! — возмутился Дориан. — Ни стыда, ни совести! Развей его, Макс!
— Сам-то ты чем лучше? — не смог я сдержать улыбки, вспоминая некоторые из рассказов своего друга, которым поначалу верил безоговорочно. — Ты мне когда-то такое рассказывал, засыпать страшно было.
— Зато вырос нормальным человеком, — ответил он. — Кстати, так нагло я тебе никогда не врал.