– Эх, Михаил Иванович, – вздохнул Егорыч. – Ну какие награды… Я ж с вами всегда по совести, по душе…
– В общем, так, Егорыч, – твердо сказал Говоров. – Завтра с утра при полном параде – в горком. Чествовать тебя будут. Ну, подарки кой-какие… Грамота. Все как полагается. А от меня, Егорыч, в память о нашей дружбе, о фронтовых годах прими вот эту машину! – Говоров ткнул пальцем в лобовое стекло. – Я так решил. Она хоть и на пенсию просится, как ты говорил, но еще послужит верой и правдой!
«Волга» затормозила так резко, что Говорова сильно качнуло вперед.
– Документы завтра получишь, – закончил он, стараясь не смотреть на Егорыча, повернувшегося к нему.
– Михаил Иванович… – пробормотал тот дрогнувшим голосом, и Говоров крикнул, стараясь подавить комок, подступивший к горлу:
– Отставить сырость! На вокзал опоздаем!
Егорыч уткнулся в руль.
– Поехали, Егорыч! – взмолился Говоров, чувствуя, что и у самого слезы подступают.
– Трудно все… – Водитель поднял голову и нажал на газ.
Больше они не сказали друг другу ни слова.
Все и без слов было понятно… Однако Говорова не оставляло ощущение, что он не столько сделал боевому товарищу прощальный подарок, сколько откупился от его упреков.
Вернее, сделал так, что Егорычу стало просто невозможно его упрекнуть, а что он там думал – это так при нем и осталось.
Да и ладно. Один он такой, что ли, кто против Михаила Говорова?..
* * *Шульгин сидел на кровати и ел сырники, принесенные Тасей. Супчики варить она не стала – долгая это история, завтра сварит не спеша.
– Вот теперь я понимаю, что у меня есть жена! – довольно вздохнул он.
– Лилечка с Кирой, наверное, уже в воздухе, – задумчиво сказала Тася.
– Интересно, как Кирочка дорогу перенесет? – толстым голосом проговорил Шульгин, откусив от пышного сырника.
– Лиля обещала сразу телеграмму дать, как они прилетят, – ответила Тася.
Внезапно в дверь постучали.
– Да! – крикнул Шульгин.
На пороге появился… Полищук, Мирон Полищук.
Тот самый, которого Шульгин когда-то назвал хорошим чекистом. Это Полищук когда-то предупредил его об аресте. Это Полищук привел в тюрьму Говорова, чтобы тот увидел, что происходит с его другом, и начал действовать. Это Полищук подсказал Говорову, кто из горкомовских работников «стучит» на своих товарищей в органы. Это Полищук…
В общем, Полищука Шульгин и Говоров считали своим другом. Раньше они виделись частенько, а потом все реже и реже.