– Посчитай мне ударную вязкость вот этой штуковины, – сказал он, перестав стирать, – только быстро.
Борис подошёл и посмотрел в бумаги."
"– А что это за штуковина? – спросил он, рассматривая чертёж.
Сергей Ильич поправил съехавшие на кончик носа очки.
– Ты втуз когда закончил?
– В прошлом году.
– У тебя диплом инженера?
– Да!
– Тогда посчитай и не задавай глупых вопросов.
Борис, продолжая рассматривать чертёж, поволок его к своему столу. Все работники сидели в одном помещении, хотя Сергею Ильичу как начальнику был положен отдельный кабинет.
Некоторе время они работали молча.
Стали подходить после митинга инженеры и конструкторы.
Чугунная лестница гудела, раздавались весёлые голоса, кто-то из девиц, кажется, что-то даже пропел, но в дверях все замолкали, переглядывались и расходились по своим местам. Сергей Ильич не любил шума, и все об этом знали.
После митинга работать не хотелось, хотя там призывали именно к ударному труду, вот ведь загвоздка!.. Хотелось громко говорить, петь, танцевать и гордиться собой и своей страной – какие вершины берём, хотя после войны всего десятилетка минула!
…Даёшь Арктику и Антарктику!..Даёшь навигацию круглый год!..Долой толщу тяжёлых льдов!..Долой все преграды на пути к коммунизму!..Но боялись Сергея Ильича.
Тот всё писал, черкал, стирал, потом поднял на лоб очки, потёр глаза, закурил и покрутил ручку телефонного аппарата.
– Дайте механический! Механический, алё! Макарова к аппарату позовите!
Пока звали Макарова, Сергей Ильич досмолил, смял в пепельнице окурок и обвёл глазами свою молодёжь.
– Ну что, товарищи? – спросил зычно. – Хорошее настроение после митинга?
Все зашумели, задвигались, засмеялись и заговорили, из чего можно было сделать вывод, что настроение хоть куда.
– Вот и отлично. С боевым настроением и работа веселей пойдёт! – И в трубку, громко: – Макаров, здорово! Можешь ко мне в КБ подойти? Я тут одну штуковину придумал, мне твой совет нужен.
Сергей Ильич любил «советоваться» с рабочим классом, молодым инженерам и конструкторам это очень нравилось в нём. А рабочие всё больше посмеивались.
– Борис, сделал?
– Да чего-то затёрло меня, Сергей Ильич.
Начальник выбрался из-за стола. Был он высок, широкоплеч, подтянут, про него говорили, что штангист, рекордов не ставил только по болезни глаз.