Совсем ты нервный стал, Эмин.
Ты без нее погибаешь. Смерть тебе уже мерещится.
— Иди к черту, смерть… — шепчу я в темноту, — сначала ее верну. Только потом сдохну.
Скоро водитель довез меня до Батальонной. Опустошенный, я возвращаюсь в такую же пустую квартиру.
Беру из бара начатую бутылку и молча захожу в спальню. Здесь ничего не меняется, даже Диана уже давно не мерещится мне. Я сажусь в кресло, на котором она так любила смотреть фильмы, и вспоминаю…
Вспоминаю, чтобы не сойти с ума.
Глава 41
До событий на волгоградском мосту
— Эмин, а что будет дальше?
Моя девочка лежала на кресле.
Ведь с каждой секундой это безумство не уменьшалось, а лишь росло. Любовь росла до немыслимых размеров. Я не понимал — куда больше? И я этого боялся. Я все, связанное с Дианой, боялся.
— Что дальше? — задумчиво повторил я.
Медленно прокручиваю пульт в своих руках.
Но Диана хочет знать, что дальше.
Что дальше?
— Да, Эмин, — Диана крутится в кресле, бросая на меня свой сонный взгляд, — после того, как Анархиста не станет…
— А его не станет? — в прострации переспрашиваю я.
Диана замолкает как-то неуклюже. Резко замолкает. Только собиралась что-то сказать, а теперь — молчит.
— Но ведь ты обещал… — выдает она спустя пару минут, захлебываясь в собственном негодовании, — в нашу первую встречу ты обещал спасти мою маму.
— Я не обещал. Начнем с этого, — припечатываю холодно.
Я не обещал, моя девочка.
С чего ты это взяла?
Неужто нарисовала в своих розовых очках? Маленькая, наивная.
— Не обещал, — напоминаю ей, — но это не значит, что я не вытащу ее из рук психопата.
— Тогда Булата должно не стать, — тяжело вздыхает она, — и мы вновь возвращаемся к моему вопросу. Когда моя мама будет спасена, что будет с тобой? Со мной?
— Что будет с нами, Диана.
Не нравится мне раздельное сочетание.
Есть только мы. Ты путаешься в словах, маленькая.
Диана поднимается с кресла и добровольно ложится ко мне в кровать. Двигается к хищнику ближе. Почти бесстрашно.
— А если я захочу уйти? — выдыхает она… почти бесстрашно.
— Захочешь уйти? — сглатываю шумно, — я не понимаю, моя девочка.
— Если я захочу вернуться в прежнюю жизнь? Как минимум, уехать с мамой в Сибирь.