Возможно, потому что раньше впереди себя я выставляла броню, не позволяя ему узнавать многое о себе и не хотела узнавать его в ответ. Сейчас мы продвигались вперед, иногда маленькими шажками, иногда беседами на два-три часа, проникая в мысли партнера, влезая в его шкуру. Иногда просто наслаждаясь близостью.
Я купалась во внимании и заботе Котова иногда даже слишком эгоистично. Мне нравилось просить о мелочах, вкусняшках, Котов всегда находил и привозил то, что я просила, потом уплетал сам: ведь мне было приятно само внимание и то, как он презентовал очередной запрос.
"Возможно, кто-то посчитал бы это глупостью, но мне нравилось, просто нравилось проводить время с Захаром и понимать, что он во мне заинтересован, искренне.
Его терпению и напору можно было позавидовать.
Мы слегка повздорили лишь однажды, когда я поняла, что он выдал Олегу весь расклад. Сначала разозлилась, потом смирилась и приняла, как факт, что Котов будет поступать так, как посчитает нужным сам.
О, как мне хотелось надавать его по щам за такие характеристики, но неужели мне просто правда колола глаза? Или было немного обидно за собственную слепоту? Просто хотелось быть любимой… Настолько, что я принимала выгоду за любовь, лесть за искренние комплименты.
Как тут не вспомнить слова Савченко. Когда я обсуждала с ним брак с Олегом, он обронил фразу, что я выйду замуж за положение Олега в обществе. Но тогда я не прислушалась к словам наставника, была погружена в собственные фантазии о нашем браке, в некий флер легкой влюбленности, которая присутствовала. Я не замечала очевидных вещей, до самого последнего момента.
Лишь прозрев, поняла, как сильно ошибалась…
Но даже была благодарна судьбе за эти ошибки, иначе бы я не встретила Котова — он не переставал меня удивлять и оставался загадкой, словно не спешил открывать душу нараспашку.
Мое состояние улучшилось, на смену болезненной усталости и истощению на грани нервного срыва пришла тошнота по утрам, легкая сонливость до обеда. Грудь стала мега чувствительной, на каждое касание реагировала болезненно.