Что за глупости? Зачем мне его рассматривать?
Соседний стул отъезжает со скрипом.
Инстинктивно вздрагиваю. Оборачиваюсь и сталкиваюсь с горящими синими глазами.
Демьян слишком близко. Усаживается вплотную.
— Вот, — придвигаю к нему банку с медом, чтобы скрыть неловкость. — Попробуешь?
— Потом, — его низкий голос отправляет волну мелкой дрожи вдоль моего позвоночника. — С чаем.
— С горячим нельзя.
Он кивает и берет две ложки. Одну подает мне."
"— Давай еды закажем, — бросает. — Здесь холодильник пустой.
— Ничего не надо, — нервно улыбаюсь. — Я же скоро поеду. А вот себе закажи. Таблетки нельзя на голодный желудок.
Раздается щелчок закипевшего чайника.
Демьян поднимается. Отходит к массивной столешнице. Слышу, как позвякивает посуда, пока он заваривает чай.
Судорожно сжимаю ложку. Действую на автомате. Сама не замечаю, когда зачерпываю ей мед и подношу к губам. Облизываю. И застываю, поймав на себе взгляд Дикого. Немигающий. Голодный. Мрачный.
Сердце гулко ударяется о ребра.
Поспешно убираю ложку. Но выражение синих глаз не меняется.
Никто и никогда не смотрел на меня так. Даже он сам. Раньше. С какой-то звериной жадностью. На надрыве.
Демьян ставит передо мной чашку, а свою продолжает держать, крепко обхватив ладонями.
Дотрагиваюсь до керамической поверхности. Обжигаюсь. Тут же отдергиваю пальцы. Держать эту чашку можно только за ручку.
— Поставь, — бормочу. — Горячо же.
Он усаживается напротив. Потемневший взгляд проясняется. Губы складываются в ухмылке.
??????????????????????????Не выдерживаю и тяну Дикого за руку, чтобы отпустил чашку. Мои пальцы скользят по его ладони.
— Демьян, — зову и повторяю: — Горячо. Ты…
— Нет, Катя, это не горячо, — отрывисто заявляет он, но чуть помедлив, все же убирает руки, мрачно усмехается: — Это никак.
Повисает молчание.
Смотрю прямо перед собой. Боюсь сосредоточиться на собственных мыслях. Стараюсь просто не думать.
Вибрация мобильного телефона разрывает тишину. От неожиданности дергаюсь, случайно задеваю свою чашку.
Демьян действует молниеносно. Обхватывает меня за талию, подводит к раковине, включает холодную воду.
Вздрагиваю, когда он подставляют мою руку под ледяную струю.
— Все хорошо, — бормочу.
— Вижу, — мрачно заключает Демьян, осторожно скользнув большим пальцем по красной отметине на моей ладони.
Он прижимается ко мне сзади. Утыкается лицом в мою макушку.