Успокойся, сказал он себе. Не теряй контроля над ситуацией.
Но как же это оказалось тяжело!
– В следующий раз, когда увижу отметины твоих пальцев на руке пациента, я их сфотографирую, чтобы показать миссис Клаузен, и ты вылетишь отсюда как пробка, несмотря на все твои связи. А как только ты перестанешь быть моим коллегой по работе, я тебя найду и вышибу остатки мозгов.
Карлинг все-таки поднялся, опираясь на стену и не сводя глаз с Дэна. Он был выше ростом и фунтов на сто тяжелее. Его руки сжались в кулаки.
– А ну-ка попробуй! Чего откладывать? Давай прямо сейчас!
– Конечно, но только не здесь, – согласился Дэн.
– Я ничего такого ему не сделал. Только замерил пульс.
Ты же знаешь, как легко поставить синяк больному лейкемией.
– Знаю, – кивнул Дэн, – но ты сделал это намеренно. Не понимаю почему, но сделал.
В мутных глаза Карлинга что-то промелькнуло. Не проблеск вины – Дэн сомневался в его способности чувствовать себя виноватым в чем бы то ни было.
– Тоже мне, начальник! Доктор Со-о-о-н. Думаешь, твое дерьмо не пахнет?
– Хватит трепать языком, Фред. Пошли на улицу. Я с удовольствием с тобой разберусь.
И он говорил правду. Внутри его таился другой, никому здесь не известный Дэн. Он теперь держался в тени, но никуда не делся и оставался все тем же отвратительным, не знающим удержу задиристым психопатом, каким был когда-то в пьяные дни. Краем глаза Дэн видел Клодетту и Джан, испуганно жавшихся друг к другу в дальнем конце коридора.
Карлинг ворочал мозгами, оценивая положение. Да, он превосходил противника по габаритам и длине рук, однако был далеко не в лучшей форме – спасибо нездоровой пище и пиву – и страдал одышкой. Но наибольшие опасения вызывало у него выражение лица этого тощего парня. Он уже видел такое, когда был байкером из «Дорожных святых». У некоторых ребят легко летели предохранители в башке. И тогда они крушили все вокруг, пока не кончался запал.
Все тщательно взвесив, Фред пошел на попятную.
– Не хочу время тратить!
Дэн только кивнул:
– Хорошо. По крайней мере ничего себе не отморозим. Но только запомни мои слова. Если не хочешь сам оказаться на больничной койке, перестань распускать руки.