Сближаться с кем-бы то ни было мы избегали, стараясь держаться подальше, поэтому потратили на дорогу больше времени, чем ожидали.
Особенно подозрительно выглядели искупавшиеся в речке Вуко и Джага. Мы старались прикрывать их собой, но не уверена, что это успешно получалось. Однако за нами так никто и не погнался — уже хорошо.
Первыми летели Сиротка с Лестером, разведывая дорогу. Поэтому к крылу принцессы мы прибыли почти без происшествий, если не считать округленных глаз личных слуг.
И тем впечатляющей была реакция Ее Высочества Матильды Порейя-Таумаран, которая при виде нас даже брови не подняла.
— Мама, как ты? Охрану убрали? — спросил Криспиан, заводя нас по одному в белоснежную гостиную, где вдовствующая принцесса пила какой-то напиток из крошечной чашечки.
— Минут пять назад. Вы вовремя, — заметила она, внимательно нас изучая. — К страже прибежал курьер, с таким видом, словно на нас напали кочевники и предстоит защита дворца. Кстати, судя по вашему виду, вы уже участвовали в обороне?
— … Скорее были кочевниками.
Принцесса взяла со стола лорнет и навела его на призрака. Видимо, не получила нужной информации, потому что плавно перевела его на меня.
— И как, стены устояли? — ровно спросила она.
— Не совсем, — пришлось признаться мне.
— Мой сын, — гордо сказала вдовствующая принцесса и усмехнулась таким знакомым Таумарановским движением губ. — Что стоите? Присаживайтесь. Всегда хотела пообщаться с варварами.
Мимо меня проплыла Мартэла, шепнув по дороге:
— Великолепная любящая мать, не правда ли? Для таких ни одна девушка не будет достойной ее мальчика.
Я с удивлением увидела, как ранее спешащие, волнующиеся соратники вдруг принялись чинно рассаживаться за столом, изображая мирный великосветский визит.
— У нас появились сведения, — начала я, осторожно косясь на Криса, — что ситуация крайне непростая…
— Так было всегда, — Матильда посмотрела на слуг и те принялись неслышно носиться, расставляя чашки и тарелки. Одна из девушек в изящном бежевом платье, до этого недвижимо стоявшая у стены, выскользнула в коридор. — Большой статус — большие заботы.