— Вам поесть принесли, — пробубнил страж, заглядывая в комнату. — С кухни.
— Скажите, что не буду, — отмахнулась я. И удивилась, когда высокая фигура с подносом все равно шагнула внутрь комнаты. Местные слуги позволяют себе наглеть!
— Сначала посмотрите, дэса, что я принес, — произнес знакомый голос. И из-под надвинутого на лоб берета с длинным пером блеснули темные глаза. Не знаю почему, мы вроде совсем недавно виделись, но мое сердце пропустило удар.
Таумаран!
— Вам нужно поесть, — сказал Криспиан, старательно пряча лицо в тени пушистого пера.
— Нужно. Конечно… Заходите, — растерянно ответила я, отступая и освобождая дорогу.
— А я, с вашего позволения, дождусь посуды, — громко сказал он и закрыл за собой дверь. Сразу тихо зашептав. — Охранник из гостевой стражи, им все равно кто пришел, главное, чтобы ты из комнаты не выходила.
— Что вообще происходит? Почему нас сюда поселили? — так же едва слышно заговорила я.
Крис быстро поставил поднос на стол и шагнул ко мне, порывисто обняв за плечи.
— Убежали все ездовые драконы, — быстро сообщил Крис. — Улетели на зов, который похож то ли на гром, то ли на рычание. Кроме того, не досчитались нескольких диких экземпляров, для которых сделали закрытые пастбища. Ездовых делают из самых мирных, которые уже несколько поколений в приручении.
— А мы тут при чем? — удивилась я.
— Судя по всему, началось все после ритуала с Источником Драко.
"— Но мы-то с тобой истинные! Зачем нам воровать диких и куда бы мы их дели, не в академии же спрятали.
— В том-то и дело, что те, кто часто теряет контроль… такие как я…, - он обхватил мое лицо широкими ладонями. Черные, омутные глаза завораживали, не позволяя даже моргнуть. Я смотрела, не могла оторваться. — В общем, были случаи, когда оборачивались и улетали. А когда их пытались остановить, они защищались… были жертвы.
Он говорил то быстро, почти неразборчиво, то замедляясь и делая внезапные паузы. А меня вдруг начала бить дрожь.
Не помню, когда я последний раз так сильно пугалась. Обычно мои страхи лишь придают сил и куража. А тут вдруг стою и пошевелиться не могу.
— Мне, — Криспиан выдохнул сквозь зубы, — придется признаться. Я не могу дальше подвергать всех опасности.