От мысли о том, что он вытворял со мной на стоге сена, внизу живота появилась болезненная пульсация.
Он брал меня неумолимо. Неумолимо нежно. А еще страстно, дико и горячо.
Поймав очередной непристойный взгляд на своих губах, я инстинктивно сжала бедра, ощутив, как трусики врезались в припухшие складки. Не терпелось скорее от них избавиться, чтобы погасить нешуточный пожар, разыгравшийся между ног. Одно присутствие Руслана рядом выводило мою гормональную систему из строя.
Царев-старший рассказывал какую-то курьезную историю, связанную с последней поездкой, но у меня так и не вышло сосредоточиться на болтовне за столом.
Только не влюбиться. Только не влюбиться. Только не влюбиться – неоновая надпись вспыхнула на измученном сердце, а потом я вновь врезалась в его осатанелый взгляд.
Внутри все рассыпалось.
– Дочка, уже пора ехать в Университет. – Мама нежно погладила меня по плечу, поднимаясь из-за стола.
– Да, но сегодня я неважно себя чувствую… Пожалуй, останусь дома, – выдала на автопилоте.
В конце концов, какая разница, если мы все равно в ближайшее время уедем в Лондон? Можно забить на учебу…
* * *Оказавшись в спальне, я закрыла дверь на щеколду, включила первую попавшуюся попсовую композицию, вытащила из-под кровати коробку с «игрушками» и, избавившись от тесного платья, вернулась в постель.
Издав судорожный возглас, я откинулась на подушку, разведя бедра в стороны, и включила вибратор.
– Блаженство… – сдавленно хихикнула, лаская упругую горошинку плоти.
Глаза моментально захлопнулись, по коже разлилось тепло, а в ушах вибрировали нескладные рифмы какого-то недоиспольнителя. Разлепив на секунду ресницы, я охнула, подскакивая на кровати. Руслан Царев нависал надо мной, скользя остекленевшим взглядом по обнаженной груди…
– Как ты сюда попал?! – гулко выдохнула, натягивая покрывало до подбородка.
Щеки залил пунцовый румянец, сердце подскочило, хотелось провалиться сквозь землю.