Крупный кулон, болтающийся на ней, холодя кожу, устраивается аккурат между обнаженных грудей, притягивая взор Данила.
Я замираю, потому что Староверов замолкает.
Неосознанно облизнув губы, он заканчивает мысль:
– Остановиться ей тоже стоит у нас, в доме достаточно места…
– И камер! – вскидываюсь я, хотя эта его оговорка «у нас» греет мне душу.
– Вика, – качает головой Данил, следя за тем, как я вдеваю в уши серьги, – все мое внимание поглощено тобой…
Засранец поглощен созерцанием покачивающей груди. Хотя, нет-нет, да и соскальзывает его взгляд к моему пупку и к игривому бантику на трусиках.
"– Вернемся к Ящеру, – направляю я Данила в нужное русло и тянусь к платью. – Окей, ты был так крут, что вычислил бубновый интерес отчима. И для чего же ваше сегодняшнее с Гордеевым рандеву?
– Для него нашлось много причин, – слышу я из-под платья, которое надеваю через голову, и оно застревает на моих верхних девяносто шести. Староверов не выдерживает и под предлогом помощи тянет ткань вниз, по пути поглаживая кожу.
Поворачиваюсь к Данилу спиной, чтобы он помог с молнией. Так медленно и чувственно, согревая дыханием кожу, мне еще никогда не застегивали платье.
– В-третьих, – он перекидывает волосы мне вперед и нежно целует в шею. – Надо показать ему тебя и дать понять, что ты моя.
– Не много ли ты на себя берешь? – оборачиваюсь я, и потемневший взгляд Данила говорит мне, что я могу поднять свой флаг на этой крепости, она покорена. Здесь и сейчас Староверов в моей власти. Это не значит, что он не возьмет надо мной верх ночью, но в этот миг победа за мной.
– В самый раз, Вика.
Восхищение в глазах этого мужчины словно бальзам на мое сердце.
– Ты сказал: «На эту встречу я бы тебя не тащил, но ты мне там действительно нужна». Почему не хотел меня брать, ведь из трех названных причин, две касаются меня.
– Ты же знаешь, что за тобой приглядывают, не так ли? Ты умненькая и иногда глазастая, – усмехается Староверов. – Это одна из причин.
Заглядывая в зеркальце, неопределенно повожу плечом, не говоря ни да, ни нет. Есть темы, которые я пока не готова обсуждать.
– А другая?
– Я собственник, Вика. Мое – это только мое. Я готов хвастаться тобой везде, но желательно без риска тебя лишиться.
Перевожу на него ошеломленный взгляд.