— Дело в том, что она влюблена в меня?
Воздух застревает в легких. По телу прокатывается ледяная волна, словно я попала под снежную лавину.
— Я прав, — соизволил он, наконец, посмотреть мне в глаза. — Ведь так?
Откуда он знает?
В панике кружится голова. Лихорадочно пытаюсь сообразить, что бы такое сказать, чтобы сохранить мамин, довольно, интимный секрет, но Игорь меня опережает.
— Твоя мать не отличается тактичностью и утонченностью манер. Прочитать её не составляет никакого труда, — отвечает Игорь на мой незаданный вопрос и вопросительно выгибает бровь, словно говоря мне, что для него всё это ничего не значит.
— А тебе не достаточно тех двух, что уже есть? — спрашиваю шепотом, не сводя с него взгляда.
Руки сами безвольными плетями повисают вдоль туловища, так как Игорь больше не предпринимает никаких попыток нарушить мои личные границы.
Не считая, конечно, грандиозного стояка, что так и тянется ко мне.
— Обе проблемы решаемы одним разговором, — произносит он обстоятельно. — Я могу поговорить с ними обеими, но…
— Нет! — обрываю его. — Ты хоть представляешь, чем всё это может закончиться?!
— Небольшой женской истерикой? — скептически выгибает он бровь. — Не вижу в этом проблемы. Но нам нужно время, чтобы подготовиться к этому разговору.
— С мамой разговаривать буду я, — решила сработать на опережение.
Уж если ей и суждено узнать об этом, то лучше пусть она узнает от меня.
"За столько дней так и не смогла…
— Разумно, — коротко кивает Игорь. — С Виолой попробую поговорить я.
— Хорошо, — повторяю за ним скупой кивок и красноречиво указываю взглядом на выход их душевой кабинки.
Он продолжает смотреть на меня откровенным и даже немного похотливым взглядом.
— Переговоры окончены, можешь идти, — подталкиваю его словами. — Я еще голову не помыла.
— Разве мы не этим сейчас занимались? — ехидная ухмылка кривит его губы.
— Чем этим?
— Промыванием твоих мозгов, например, — отвечает он скучающе.
— А теперь я хочу помыть еще и то, что снаружи!
Закипаю изнутри, глядя на то, как неторопливо Игорь открывает бутылочку с гелем, выдавливает немного содержимого себе на ладонь и растирает по торсу, глядя прямо мне в глаза. Его руки опускаются всё ниже, а мне становится все сложнее не следить за тем, что он ими делает.
Ох, что он ими делает!..