Все, как один, зло зыркали на меня, давая понять, что я чертовски хорошо умею заводить новых друзей. Посмотрев левее, я заметил Сергея. Он, пошатываясь, поднялся с пола, сделал пару шагов и рухнул, как подкошенный.
В игровую вбежали санитары. Хорошо сбитые мужчины, явно с военным прошлым, так как руки и лица медиков были покрыты шрамами. У половины из них имелись белые складные носилки, на случай если есть тяжело раненные. Заметив Сергея, один из медиков выругался.
— Опять он без сознания. Не понимаю, зачем мы с ним возимся? Может, стоит дать ему подохнуть?
— Не мели чепухи.
— Но ведь он уже второй год огребает. Смерть будет для него милосердием, — не унимался санитар.
— Закрой рот и приступай к работе. А то ведь я могу сообщить Архарову о том, что ты всё ещё способен закрывать разломы.
— Э! Никитич, это ж брехня!
— Она самая. Но моему слову Архаров верит. А если ты подохнешь, то плакать никто не станет.
— Тьфу ты. Уже и побухтеть нельзя. Иду я, иду, — сдался санитар и поплёлся к Серёге.
Седой заметил меня и обернулся.
— А ты чего тут уши греешь? Брысь отсюда! Ну! — Он дёрнулся вперёд и топнул ногой, будто пытался шугануть собаку, я лишь улыбнулся и махнул рукой.
— Иду я, иду, — передразнив санитара, я направился в спортзал.
* * *Двумя днями ранее."
"Екатеринбург. Поместье Архарова.
В кабинете царил полумрак.
Долгие годы тренировок не приносили результатов, но он не сдавался и надеялся однажды прорваться на уровень магистра. При этом он открыл в себе предрасположенность к четырём стихиям, но ни одна из них так и не перешагнула ранг адепта.
Это безусловно злило Архарова. Он отличный поединщик.
Время шло, а ранг магистра так и оставался недосягаем. Правда, это совершенно ничего не значило.