В парке пансионата установлены три огромные каменные глыбы. В высоту они около трёх метров и в ширину — два. Похожий камень был и в прошлом пансионате. От него исходили волны энергии, ускоряющие регенерацию маны. Вот туда мне и нужно.
Закончив банные процедуры, я застирал рубашку от крови. Вышло паршиво и на воротнике по-прежнему оставались невнятные буроватые пятна… впрочем, на кровь это было уже непохоже; обычная грязь, которой я мог заляпаться где угодно, хоть во время тренировок, хоть в игровой.
Однако мокрая ткань неприятно холодила тело, никак не желая высыхать до конца, хоть я и пытался, как мог, просушить рубашку под здоровенным феном, стоявшем в предбаннике душевой.
Пока я переодевался в барак с тренировок вернулись ребята. Они сели на кровати и вяло обсуждали прошедший день. Среди них был и Сергей. Заметив меня, он тут же вскочил и подбежал ближе.
— Ты как? Всё в порядке? Не тошнит? — стал он засыпать меня вопросами, скача вокруг.
— Всё холошо. Плосто лёгкое недомогание, — улыбнулся я. И всё-таки приятно, когда есть верный друг, который о тебе беспокоится. — Как думаешь, сегодня нам дадут плогуляться?
— Да, Углов сказал, что вместо ночной сказки, мы можем подышать свежим воздухом.
Ха. Сказки? Впрочем, это и правда была сказка. Сказка о величии рода Архаровых, которого в реальности не существовало. Если бы мой папаша был велик, то уже бы сидел на императорском троне или, на худой конец, стал князем.
— Кстати, я слышал, что ты завалил болотника.
— Не совсем я. Мы вместе это сделали. Большой вклад внёс Остап. Если бы не его копьё…
— Мне-то не ври, — укоризненно хмыкнул Сергей. — Я эту историю слышал от Остапа, но когда он говорил, было заметно, что ему стыдно. Это же ты убил тварь, верно?
Я нехотя кивнул. Что ж. Я сделал всё что мог для поддержания легенды о командной работе. Увы, мои подельники не смогли изобразить хорошую мину при плохой игре.
— Я в тебе даже не сомневался. Молодец! — похвалил меня Сергей с таким видом, будто хвалят его самого. — Ладно, одевайся, и пойдём прогуляемся перед сном.
Я кивнул и направился к кровати.
— Ну и, короче, я топором его — хрясь! Как начал крошить, а тварь стоит и такая «А-а-а! Помогите!» — рассказывал на соседней койке мой сокомандник, который сам молил о помощи, когда мы были в клетке.