— Юниль, — начала было я, но Руни, положив руку мне на плечо, остановил.
Подойдя к дочери, он взял её за запястье и вывел из-за стола.
Она, ничего не понимая, смотрела на дядю во все глаза.
Выведя из кухни, он открыл входную дверь и указал на курятник. Подтолкнул ее вперед.
— Так, там же холодно и дождь! — возмутилась она.
Он закивал и снова указал в сторону небольшого крытого строения.
— Не пойду! Я промокну и заболею.
Он снова кивнул.
— А мы, Юниль, значит, должны туда идти после бессонной ночи? Мерзнуть и мокнуть, чтобы ты яичницу съела, — проворчал Льюис, прекрасно поняв, что пытается объяснить племяннице Руни.
Я вконец растерялась. Пройдя вперёд, опустилась на лавку. Тело ломало. В голове шум.
А ещё и эти споры. С одной стороны, и ребята старались, с другой — кормить ребенка этим комком из непроваренной крупы опасно.
Обхватив голову руками, пыталась сообразить, как быть и чью сторону занять.
— Что у вас здесь происходит? — в коридоре показался Вегарт
Взъерошенный, босой и злой.
В кухне повисло молчание.
Ребята переглянулись и замерли.
— Мне свой вопрос повторить? — Вегарт обвел взглядом всех в комнате.
Его рука опустилась на голову Юниль. Потрепав ей волосы, он склонился и поднял её на руки.
— Рассказывай, крошечка, что они здесь устроили, пока я спал? — на его лице появилась совсем недобрая ухмылка.
Эта мелкая егоза аж расцвела. Оно и понятно. В доме мало того что появился взрослый мужчина, готовый таскать ее на руках, так он еще и потакает ей во всем. Я покачала головой, но ее было уже не остановить. Юниль нашла благодарного слушателя."
"— Кашу варили. Гадкую, — начала она жаловаться по новому кругу. — Меня не слушались. Они совсем не умеют готовить — всё испортили. И ещё меня заставляют это есть! А мама шатается. Она еще болеет. Слушает их и не понимает, что меня пакостью пичкают.
— Так, — Вегарт прервал поток её слов. — Каша плохая, но есть её ты должна? Маму шатает, и никто не отвел её обратно в постель? Верно?
— Да. Она только пришла, — Юниль закивала, — но, я ей всё рассказать успела. И самое главное, они на улицу в курятник идти не хотят. Мокро там и грязно. А ведь можно просто пожарить яйца, и всё. Завтрак готов. Но они не знают, где у нас сковорода.