— Сколько будет еще продолжаться эта пытка танцем?
— Тебе настолько неприятно находиться со мной рядом, Грета? — в его голосе прорезалась злость. — Что я сделал такого, что ты так меня невзлюбила? Что во мне не так?
— Всё не так, — не выдержав, я оттолкнула его от себя. — Ты же только что признался, что убил бы паренька, которого и в глаза не видел. Не разбираясь, кто он и какой он. Просто потому, что его мать некогда снасильничал ханым белых волков. Ты готов голову оторвать женщине только за то, что ей не повезло родиться дочерью этого зверя.
— Грета, — он облизнул губы и выдохнул.
— Я волчица, генерал. Та, кого ты так презираешь. И никем иным я не стану. Так что обрати свой взор на кого-нибудь иного. Здесь хватает и ведьм, и простых крестьянок. Они тебе и улыбнуться, и спляшут, и даже на сеновале постелят на двоих. А меня не тронь.
Повернувшись, я двинулась в сторону дочери. Молодой дракон больше не казался мне милым юношей.
— Юниль, Руни, мы идем домой.
— Но, мама, Льюис учит меня танцевать, — возмутилась моя наивная девочка.
— Пусть он поучит кого другого, милая. Я запрещаю тебе подходить к нему. И тебе, Руни, тоже.
Я строго взглянула на брата. Дураком тот не был. Его взгляд скользнул по мне и остановился за тем, кто стоял за моей спиной.
— Ма? — Юниль притихла и взглянула на Льюиса.
— Домой! — повторила я и, взяв дочь за руку, быстро пошла в сторону дома. Обернулась лишь раз, чтобы убедиться — брат не отстает.
Он брел следом с задумчивым видом.
— Мама, что плохого сделал Льюис? — начала расспросы Юниль.
Но отвечать я не спешила. Нужно было придумать какое-то объяснение для нее.
Впереди из сумрака показалась лошадь, впряженная в низкую телегу. Она шла, не спеша, явно со стороны лесной дороги.
Мне не особенно было интересно, кого там ещё принесло в нашу деревню.
Телега приближалась. В нос ударил знакомый неприятный запах. Чего-то несвежего. Разлагающегося мяса…
Телега поравнялась с нами… Истошный визг Юниль оказался столь неожиданным, что я зарычала, выпуская волчицу.
Глава 15
Мир на мгновение померк, словно кто-то накрыл пространство вокруг меня темным вязким туманом. Всё, что я слышала — истошный визг дочери. Схватив её за плечо, дернула, вынуждая зайти за меня. Мой нюх улавливал запах сильного разложения, запекшейся крови и почему-то шерсти.
Воняло псиной.
Лошадь остановилась, хотя ею никто уже не управлял.