– В кои-то веки с тобой согласна, – хмыкнула я в ответ.
Девочки с умным видом закивали. Подхалимки!
– Слышали что о ней? – Муарти обвела взглядом свою кодлу.
– Высокомерная и считает себя чуть ли не эталоном красоты, – проворчала белокурая Лами, сидящая рядом со мной.
– А еще она встречалась с Эмесом Валынским, когда они учились, – добавила девушка через одну от меня, кажется, Кортни.
– По мне, так она просто охотница за богатым женихом, – я повернула голову в сторону говорящей Марджи, – сама-то она из разорившегося рода!
– Думаю, ты права, – закивала Мамия, – она и сейчас висит тряпкой на плече главы рода Валынских.
– Мымра! – прорычали все разом, вызывая у меня зловредную улыбку.
Лекция меж тем продолжалась. Правда, учитель Портовски вместо объяснений монотонно, без единой интонации диктовала нам текст с листка.
– Девочки, так я это вчера в учебнике читала, – шепнула сидящая за мной блондинка.
Попыталась вспомнить, кто она, но мозг отказывался выдавать результат.
– Что, правда, Гелька? – еще один шепоток партой выше.
«Точно, Гелианна!» – уцепилась я за имя.
– Да, говорю вам. Откройте и сами увидите.
Я полезла в рюкзачок, купленный госпожой Инессой, и выудила книгу. Открыла на восьмой странице, как подсказали выше, и усмехнулась. Слово в слово! Найдя место, до которого дошла учитель, принялась списывать с учебника. Спокойно так, не торопясь.
К слову, не только мы, группа ментальной магии тоже.
– Это полное разочарование! – тихонько жаловалась Гелька. – Я так надеялась, что будет сильный профессор по этой дисциплине, а нас взяла эта выскочка.
– И не говори, – вторила ее соседка, – а у мастеров изящных искусств – профессор Вакулин!
– Везет же им, – простонала черноволосая Кортни, – почему все лучшее достается желтожилеточным зазнайкам?!
– Потому что они все из себя такие умные, аж деваться некуда, – съязвила Мамия.
Я и не знала, что она так умеет.
– Может, он и нас возьмет на дополнительные занятия?
Услышав такое из уст простоватой Лами, девчонки засмеялись, уже не обращая внимания на то, что в аудитории учитель.
– Ну ты святая простота, – веселясь, поддела одногруппницу Марджи, – у него все только по мохнатой протекции. Принимает тех, за кого лично главы рода попросили.