А ничего так местные летуны пристроились, живут дорого и богато. Высокая добротная крыша, под ней сеновал. Ниже стойла в два ряда друг напротив друга. Загородки новехонькие, площадка между ними утоптанная, ровная. Даже легкий запашок навоза вдруг показался эдакой изюминкой, добавляющей шарма конюшне.
Усмехнулась. Я прекрасно понимала Злату, я бы тоже не отказалась все каникулы здесь проводить. Чудесное местечко! Главное, не мешать конюхам работать.
– Нет, определенно замуж я пока не желаю. – Довольно покрутившись на месте, пакостливо покосилась на ведуна.
Он склонил голову, прищурился. Недобро так. Затем нарочито медленно подошел ко мне и, развернув в сторону стойл, обнял за плечи, прижимая к своей мощной груди.
– Наивная ты, Аля. – Его дыхание разбилось о мой висок. – Маленькая ведьмочка с невинными глазками, что ты знаешь обо мне? О нет, радость моя, только вперед, только к храму.
– Почему это я наивная? – хрипло поинтересовалась.
– Ну как, ты же мне только что все карты раскрыла.
– Ничего подобного!
– Да-да, я именно наследник рода. Жених состоятельный, властью наделенный, в тебя влюбленный. Значит, у меня есть как минимум один тяжеловесный союзник в забеге с тобой под мышкой до алтаря.
Ой, что-то мне нехорошо стало. О ком он? Яни? Злата? Что за союзник?
– Никто из моих близких… – начала мямлить, как он мягко перебил:
– Милая моя девочка, ну какая мать не захочет иметь в зятьях главу рода?
Я встала как вкопанная и призадумалась.
– Нет, – затрясла головой, – мама вам не помощник…
– Ой ли? – Его тихий смех вызвал у меня мурашки. – Я расспросил кое-кого о ней. Она же у тебя очень землю любит?
– Ну да, дачница, – неуверенно кивнула, все еще не понимая, к чему он ведет.
Руки Эмеса на моих плечах стали тяжелее.
– Знаешь, о чем я расскажу ей при первой встрече?
– Кажется, сейчас узнаю.
Словно предчувствуя недоброе, втянула голову в плечи.
– Правильно мыслишь, Аля. Я вежливо поздороваюсь с ней за руку. По-простому представлюсь, откинув все титулы. А потом на кухне за чашкой чая без лишнего пафоса пожалуюсь доброй женщине на жизнь. Поведаю о том, какие у меня огромные земельные угодья, но вот беда – нет той руки, что распорядится ею. Столько полей разбить можно, столько борозд распахать, столько картошки засадить.