Пошли, куда ты там хотела?
— Сначала фрукты, — ответила я, пряча улыбку."
"Мы пошли по направлению к лавкам, где в плетеных коробках и приоткрытых мешках красовались горы сушеной смородины, вяленой вишни, изюма разных цветов и сортов, фиников и засахаренных лимонных корочек, апельсиновых цукатов, абрикосов и персиков, и я не удержалась — оглянулась на уличных мальчишек. Они стояли, разинув рты, и румяные мордашки выражали такое искреннее потрясение, что я снова не удержалась и показала им язык.
Мальчишки заволновались, сбились в стайку, пошептались и разлетелись, гомоня, как птицы.
— Спасибо, — сказала я тихо Эйбелу, когда мы подошли к лавке, а потом обратилась к продавцу: — Три фунта изюма, фунт вишни, два фунта лимонных цукатов, и по фунту смородины и фиников, пожалуйста.
Покупки отправились в корзину, и Эйбел, решив проявить благородство до конца, забрал её у меня. Около часа мы бродили от прилавка к прилавку, и подбавляли в корзину свежего сливочного масла, патоку и яйца — всё то, что нужно было, чтобы поставить на рождественский стол самый вкусный на свете пудинг.
Как сейчас готовятся к рождеству мои родные? Вспоминают ли обо мне?.
Логан замедлил шаг, и я посмотрела на него с беспокойством — что случилось? Но малыш всего лишь захотел поглазеть на глиняные свистульки, стоявшие ровными разноцветными рядами в лавке гончара. Красные, синие и белые олени, лошадки, птички так и притягивали взгляд — на их пестрых боках, покрытых прозрачной глазурью, играли солнечные блики.
— Хочешь игрушку? — догадалась я, и Логан даже покраснел, взволнованно шмыгнув носом.
Эйбел поморщился, но я безжалостно закончила:
— Свистулька стоит гораздо дешевле, чем шапка для служанки.
— Ну всё, уела, — хмыкнул Эйбел и достал кошелёк, а потом сказал Логану: — Выбирай, какая понравилась. Пока я не передумал.
Логан захлопал глазами и открыл рот, задышав осторожно и прерывисто.