И теперь Хэмстер — помощник прокурора на государственном жаловании, а Тодо-колобродо может позволить себе купить всё здание суда вместе с судьей, прокурором и его помощниками, и с присяжными, в придачу. Удивительно, но вчерашние враги стали сегодня если не друзьями, то хорошими приятелями. Но даже сейчас Хэмстер не оставлял попыток довести Десинда до белого каления.
— Ну что ты сразу кипятишься? — Хэмстер развел руками. — Я же просто так сказал. Вдруг тебе будет интересно. Ты у нас — интересный вдовец, при средствах, а Хизер… Представь, она овдовела полгода назад.
— Так у неё появилось сердце? — хмыкнул Тодеу.
— Не притворяйся, что тебе всё равно. Не поверю, — помощник прокурора оглянулся, провожая взглядом юных барышень, которые в этот год впервые вышли в свет. — Тут такая скукотища, так что приезд Хизер немного оживит обстановку. Ведь всё одно и то же… одни и те же лица, и… Господи! А это кто такая?! — последнюю фразу он почти выкрикнул, заставив всех, кто стоял неподалеку, обернуться на его голос.
Тодеу не ответил, потому что в этот момент появилась она — графиня Слейтер. При свечах платье её колыхнулось, как полоса тумана над морем, и сверкнуло тысячами блёсток, как волна, которая разбивается о берег.
Кто-то из дам позади сдавленно ахнул, Хэмстер подался вперёд, жадно разглядывая незнакомку, и остался на месте только лишь потому, что Тодеу схватил его за карман.
— Ты женат, не забывай, — напомнил Тодеу, и сам ускорил шаг, чтобы успеть первым.
— При чем тут Иоланта?! — возмутился Хэмстер. — Я просто желаю засвидетельствовать почтение… Просто вежливость, ничего кроме вежливости…
— Хватит врать, — оборвал его Тодеу.
Они были уже рядом с феей, но их опередил хозяин праздника — мэр Хуммель.
— Приветствую вас, прекрасная незнакомка! Позвольте приветствовать вас на этом празднике, — он приподнял свою маску, показывая лицо. — Вы восхитительны! Но, простите, что-то не могу вас узнать…"
"— Не обращайте внимания на господина мэра, — сказал Тодеу, подсказывая графине, кто перед ней. — Он подслеповат немного. И вообще, спрашивать имена на маскараде — дурной тон.