Он говорит…
— Это не кошмар, — перебил Гарри.
Профессор МакГонагалл обернулась к нему и слегка нахмурилась.
— Хорошо, Поттер, сами расскажите директору.
— Я… я правда спал, — сказал Гарри. Притом, что он был в ужасе и отчаянно хотел всё объяснить Дамблдору, его задело, что тот смотрит не на него, а на переплетённые пальцы своих рук. — Но это был не обычный сон… это было на самом деле… я видел, как это произошло… — Он глубоко вздохнул. — Отец Рона, мистер Уизли — на него набросилась гигантская змея.
Произнесённые слова как будто ещё отдавались в комнате и звучали немного нелепо, даже смешно.
— Как вы это увидели? — спокойно спросил Дамблдор, по-прежнему не глядя на Гарри.
— Не знаю… — сердито ответил он (не всё ли равно?). — Ну, мысленно, что ли…
— Вы меня не поняли, — всё так же спокойно сказал Дамблдор. — Я спрашиваю, помните ли вы, откуда наблюдали за этим нападением.
Вопрос поразил Гарри, он изумлённо уставился на директора — как будто всё уже знает…
— Я был змеёй. Я видел её глазами.
Стало тихо. Потом Дамблдор, глядя теперь на побелевшего Рона, резко спросил:"
"— Артур серьёзно ранен?
— Да, — с силой произнёс Гарри. Почему они никак не раскачаются, неужели непонятно, сколько крови потерял человек, если бок ему прокусили такие длинные зубы? И почему Дамблдор не удостоит его взглядом?
Но Дамблдор встал с такой внезапностью, что Гарри вздрогнул.
— Эдвард! — властно произнёс он. — И вы, Дайлис!
Волшебник с землистым лицом и короткой чёрной чёлкой и его соседка, пожилая ведунья с длинными серебряными локонами, как будто бы крепко спавшие, мгновенно открыли глаза.
— Вы слушали? — спросил Дамблдор. Волшебник кивнул, волшебница сказала:
— Естественно.
— Он рыжий, в очках, — сказал Дамблдор. — Эдвард, вам надо поднять тревогу, позаботьтесь, чтобы его нашли наши люди…
Оба кивнули и боком ушли из своих рам, но не появились на соседних портретах (как это обычно бывало в Хогвартсе), а просто исчезли.