Анджелина хочет весь день тренироваться. Как будто это поможет. Хуже нашей команды я ничего не видел. Ты бы посмотрел на Слоупера и Керка — жалкое зрелище, ещё хуже меня. — Он тяжело вздохнул. — Не понимаю, почему Анджелина меня держит?
— Когда ты в форме, ты хорошо играешь, вот почему.
Трудно было сочувствовать горю Рона, когда сам он отдал бы всё на свете, чтобы сыграть в предстоящем матче с Пуффендуем. Рон, должно быть, понял его состояние, потому что до конца завтрака о квиддиче больше не заговаривал, и распрощались они суховато.
Она ждала его сбоку от дубовых дверей, очень хорошенькая, с забранными в конский хвост волосами. Собственные ноги вдруг показались ему непомерно большими, и он с ужасом представил себе, как комично выглядят его руки, болтающиеся вдоль боков.
— Привет, — сказала Чжоу, как бы слегка запыхавшись.
— Привет.
Несколько секунд они смотрела друг на друга, потом Гарри сказал:
— Ну что, пойдём?
— Пойдём.
Они встали в очередь к Филчу, который отмечал уходивших. Время от времени они переглядывались, обменивались беглыми улыбками, но не разговаривали. Когда наконец вышли на воздух, Гарри с облегчением вздохнул — гораздо легче было молчать на ходу, чем стоя в очереди, когда чувствуешь себя нелепо.
— Очень скучаешь по игре? — спросила Чжоу.
Он повернулся и увидел, что она внимательно смотрит на него.
— Да. — Он вздохнул. — Очень.
— Помнишь, как мы первый раз играли друг против друга на третьем курсе?
— Да, — с улыбкой сказал Гарри.
— А Вуд крикнул тебе: «Не время быть джентльменом! Сбрось её с метлы, если надо!» — тоже улыбаясь, сказала Чжоу. — Я слышала, его взяли в «Первенцы Портри», это правда?
— Нет, в «Паддлмир Юнайтед». Я видел его в прошлом году на первенстве мира.
— О, я тебя тоже видела, помнишь? Мы жили в одном лагере. Хорошо было, да?
Тема мирового первенства растянулась на всю дорогу, до самых ворот.