К несчастью, задворки его сознания перестали быть тем надёжным тайником, каким они были ещё совсем недавно.
— Встаньте, Поттер.
Через неделю-другую после сна о Руквуде Гарри вновь обнаружил, что стоит на коленях в кабинете Снегга, пытаясь собраться с мыслями. Снегг только что разбудил в нём целую вереницу очень ранних воспоминаний, которые оказались неприятным сюрпризом для самого Гарри: большинство из них было связано с унижениями, пережитыми им в начальной школе по вине Дадли и его банды.
— Ваше последнее воспоминание, — сказал Снегг.
— Не знаю, — ответил Гарри, устало поднимаясь на ноги. Ему становилось всё труднее и труднее выделить связные картины из потока звуков и образов, который обрушивался на него после взмаха палочки Снегга. — Вы имеете в виду то, где мой двоюродный брат запирал меня в туалете?
— Нет, — мягко сказал Снегг. — Я имею в виду человека на коленях посреди тёмной комнаты…
— Ах, это… ни о чём, — сказал Гарри.
Тёмные глаза Снегга впились в него.
— Как этот человек и эта комната очутились в вашем сознании, Поттер? — спросил Снегг.
— Это… — сказал Гарри, стараясь смотреть куда угодно, только не на Снегга, — это просто… сон, который я видел.
— Сон? — повторил Снегг.
Наступила пауза. Гарри упорно не сводил глаз с большой мёртвой лягушки, плавающей в банке с пурпурной жидкостью.
— Вы ведь знаете, почему мы здесь, не правда ли, Поттер? — сказал Снегг тихим, угрожающим голосом. — Знаете, почему я жертвую своими вечерами ради этой скучной работы?
— Да, — напряжённо ответил Гарри.
— Напомните мне, почему мы здесь, Поттер.
— Потому что я должен научиться окклюменции, — сказал Гарри, уставившись вместо лягушки на мёртвого угря."
"— Правильно, Поттер. И даже такой тугодум, как вы (Гарри не выдержал и посмотрел на Снегга с ненавистью), за два с лишним месяца занятий, пожалуй, мог бы чему-нибудь научиться.
— Только этот, — солгал Гарри.
— Возможно, — сказал Снегг, чуть сузив свои холодные тёмные глаза, — возможно, вам просто нравятся эти сны и видения, Поттер. Может быть, благодаря им вы чувствуете себя особенным — этакой важной шишкой, а?
— Нет, не чувствую, — сказал Гарри сквозь зубы, крепко сжимая в руке волшебную палочку.