— Но вам за это здорово влетит!
— Не раньше, чем Монтегю вернётся, а это вряд ли произойдёт в ближайшую неделю-другую: я не знаю, куда мы его отправили, — хладнокровно ответил Фред. — В любом случае мы решили больше не волноваться насчёт того, влетит нам или нет.
— Как будто это вас раньше волновало, — заметила Гермиона.
— Конечно, волновало, — сказал Джордж. — Нас ведь до сих пор не исключили, правда?
— Мы всегда знали, где остановиться, — сказал Фред.
— Ну разве что иногда чуть-чуть увлекались, — сказал Джордж.
— Но до настоящего членовредительства дело никогда не доходило, — сказал Фред.
— А теперь? — осторожно спросил Рон.
— Ну, теперь… — сказал Джордж.
— Когда Дамблдора больше нет… — сказал Фред.
— Мы считаем, что немножко членовредительства…
— Это как раз то, чего заслуживает наш драгоценный новый директор.
— Не надо! — прошептала Гермиона. — Пожалуйста, держите себя в руках! Она будет счастлива, если вы дадите ей повод вас выгнать!
— Неужели ты не понимаешь, Гермиона? — сказал Фред с улыбкой.
— К чему — к этому? — тревожно спросила Гермиона.
— Увидишь, — ответил Джордж. — Идите, нечего тут торчать.
Фред с Джорджем повернулись и исчезли в толпе учеников, спускающихся по мраморной лестнице к дверям Большого зала: время было обеденное. Эрни — вид у него был крайне обеспокоенный — пробормотал что-то насчёт недоделанного задания по трансфигурации и поспешил прочь.
— Пожалуй, нам тоже стоит поторопиться, — взволнованно сказала Гермиона. — Просто на всякий случай…
— Пошли, — сказал Рон, и они втроём двинулись в Большой зал, но едва Гарри переступил его порог, лишь мельком успев увидеть стремительно несущиеся по потолку белые облака, как кто-то похлопал его по плечу.
— Директор хочет тебя видеть, Поттер, — с гнусной улыбочкой сказал смотритель.
— Это не я, — невпопад ляпнул Гарри, вспомнив предупреждение близнецов. Брылы Филча затряслись от беззвучного смеха.
— Совесть-то нечиста, — просипел он. — Иди за мной.