Кроме того, близлежащие парки совершенно великолепны. Будут ли дети посещать школу?
– Нет, они будут обучаться дома. Понимаете, все они – юные леди, – кротко сообщила Анжелика. По крайней мере, в некоторой степени это было правдой. – Когда мы можем посмотреть дом?
– Сегодня уже поздновато. Я могу показать его завтра.
Договорившись о встрече и пожав руку месье, Анжелика вышла из конторы в сопровождении Фабьенн.
– Боже, вы всерьез принялись за это, – проговорила француженка, у которой от всего происходящего голова пошла кругом.
Но Анжелика приняла твердое решение. Если Фабьенн найдет подходящих дам, все получится.
– Конечно же, всерьез. А как иначе?
– Как поступим с мебелью?
– Купим, но это последняя из наших забот. Вы должны подобрать дам, причем правильных. Нашим посетителям не нужны особы с улицы. Надо найти умных красавиц, способных очаровывать.
Анжелика вспомнила Евгению Фергюсон и улыбнулась. Уж кто-кто, а она на эту роль подходила прекрасно.
– С чего начнете? – спросила Анжелика.
– Нужно поговорить с людьми. Одну девушку можно взять из заведения мадам Альбин. Она молода и симпатична, кажется совершенно невинной, но это далеко не так. Клиенты без ума от нее. Она заставляет каждого посетителя чувствовать себя важным, и, думается, ее ничто не пугает.
– Помните, нам нужны и другие особы, постарше и более утонченные, которые умеют слушать и быть в меру игривыми, в меру загадочными.
Не успели они войти в номер, как Фабьенн бросилась примерять светло-голубую шляпу.
– Спасибо, спасибо, спасибо, что так добры ко мне, – щебетала она, лучезарно улыбаясь.
– Мы с вами теперь компаньоны, – ответила Анжелика, тоже примеряя одну из новых шляпок.
Итак, дом найден. Оставалось решить вопрос с полицией. Бордель считается легальным, если зарегистрирован в жандармерии. Конечно, некоторым гражданам это не по душе, но пока они будут хранить все в относительной тайне – чему поможет расположение особняка, – никаких проблем возникнуть не должно. Что же до клиентуры – нужно только найти первых посетителей, а потом, если им понравится, слухи распространятся, как лесной пожар, и мужчины потекут рекой.