Иначе местные отдадут их русским. Что произошло? Агенты, которым мы платим приличные деньги, сбрасывают недостоверную информацию. Бойцы убегают из отряда. Сколько человек скрылось, как только мы подошли к Грозному? Шестеро? Вот. Они пошли сдаваться. И плевать им на джихад, на священную войну. Поэтому нас и возле объекта ждали. И кто, Иса? Не спецназ, не федералы, а такие же чеченцы, как и мы с тобой. И они открыли по нам огонь. Когда так было? Сейчас они служат в российской милиции. А ты видел, как меняется пригород Грозного? Люди дома строят! И не боятся, что придем мы с тобой и разнесем их усадьбы вместе с ними.
Иса вздохнул:
– Все амнистия виновата. Русские сделали очень хитрый ход. Возвращаешься из леса, спускаешься с гор, сдаешь оружие, отвечаешь на пару-тройку ничего не значащих вопросов, и все! Ты свободен! Ты чист перед законом! Иди к семье, строй новый дом, благо места везде навалом, и Москва дает деньги.
Рамзан усмехнулся:
– Ты что, предлагаешь и нам с тобой пойти с повинной к неверным?
– Нет, нас не простят.
Главарь вновь взглянул на помощника:"
"– Я знаешь что думаю, Иса? А не бросить эту войну к шайтану? Деньги у нас с тобой есть. Семьи в безопасности. Ради чего подыхать здесь? Ради идеи, которую втоптали в грязь различные Хаттабы и Эмиры? Распустить отряд, да он сам разбежится, стоит уйти нам.
– И что мы там делать будем?
– Жить, Иса! Жить! Как нормальные люди?
– А сможем мы как нормальные-то?
Рамзан сплюнул на траву:
– Не знаю! Но и здесь, в Чечне, оставаться нет смысла. На этот раз ушли от русских, в следующий можем не уйти!
– Мы воины, брат! А воины должны воевать!
– Это правильно. Но с кем воевать? Где противник, кто враг? Все перепуталось в Чечне. Долбить войска? Не получится.
Помощник присел перед главарем:
– Ты устал, Рамзан! И у тебя начинается депрессия. Вколи дозу! Сейчас можно!
– Ты прав! А то мысли в голову лезут паскудные. Еще немного, и глюки навестят. Подай мне мою сумку!
Иса подал начальнику походную брезентовую сумку. Рамзан достал из нее сверток.