Узнав правду, она чувствовала гордость, и слова Евгения, что он передал по спутниковой связи, о любви к ней звучали совсем не так, как недавно. Сейчас Лена верила мужу. Это потом, дома, сердце укусит, да так и останется внутри тревога за мужа. А сейчас она счастливо улыбалась.
Подруга дернула ее за платье:
– Ты чего, Лена?
– Ничего! А мужчина этот никакой не фээсбэшник. На самом деле начальник отдела НИИ, где работает Евгений, объяснил, что муж не может изменить мне.
– Ему-то откуда знать? И для чего он сотрудником ФСБ представился?
– Боялся, что не выйду на встречу!
– И ты поверила ему?
Елена взглянула на подругу:
– Да, поверила!
– Ну и дура! Мужики, они все одинаковые. Кобели, одним словом! Помашет хвостом сучка, поманит, они тут же в стойку!
– Перестань, Свет! Мой не такой!
– Ну, конечно! Слушай, а что за агрегат он тебе давал с трубой какой-то? Чего ты с ним делала?
– Это телефон, Свет. Поговорила с Евгением.
– И тот, конечно, тебе по ушам ездил, мол, сижу в пустом номере захолустной гостиницы закрытого объекта. Вместо дежурной – солдат. Кругом солдаты и ни одной бабы вокруг, так?
Рыжова взглянула на подругу-соседку:
– Ничего ты, Светка, не понимаешь!
– Ты понимаешь! Развели тебя муженек с начальником как последнюю идиотку, ты и рада! А я тебе скажу, мужикам верить нельзя.
– А если он действительно на работе и не изменяет жене?
– Не пойму, что с тобой происходит, лыбишься, как полудурка какая.
Елена вдруг обняла подругу:
– Слушай, Свет, давай лучше вина купим и ко мне пойдем? Выпьем, музыку послушаем!
– Вина?"
"Светлана задумалась. Отказалась:
– Нет, не получится. Петька не позволит. Ты не знаешь, какой он у меня бешеный!
– А ты с ним ласковей. Можем, впрочем, и его пригласить!
Светка внимательно посмотрела на соседку:
– Ты чего, на Петро глаз положила?
– Эх, Светка, Светка, это не я, а ты полудурка, причем полная! Ладно, пойдем по домам, а то переругаемся.
– Пойдем!
Женщины направились мимо магазина к своему подъезду.
Тем временем за тысячи километров от Москвы вертолет все ближе подходил к конечной цели – опушке крупного лесного массива. Офицеры спецназа почувствовали, что «вертушка» сбавила скорость, началось плавное, по глиссаде снижение.