— Забудь про все правила, хорошо? Ты свободная девочка и вольна поступать, как тебе заблагорассудится. Не хочешь меня слушаться, не слушайся. Спорь, ругайся, хочешь, стукни меня!
Слада смотрела на него как на неведомого зверя. Словно из человека он вдруг превратился в лешего или водяного.
— Это ты на что намекаешь? Что можно тебе не подчиняться?
— Я не намекаю, я тебе прямо говорю: можно. Ничего тебе за это не будет, да и раньше бы не было.
На секунду во взгляде Белоснежки проскользнула радость.
— То есть я всё могу, да? Ну… как нормальный человек, да?
Вопрос про нормального человека больно резанул Данила по сердцу.
— Да, ты всё можешь, Слада, — кивнул он.
— Отлично! — улыбнулась Белоснежка. — Тогда я пошла собираться.
— Куда? — спросил он с опаской.
— Как куда? Домой! Ты же сказал — я всё могу, вот я хочу домой!
В груди больно закололо.
— Ты можешь всё, кроме этого.
На что Слада лишь горько усмехнулась.
— Так и знала! А зачем тогда вся эта речь? Ты меня фактически собачкой на привязи держишь!
— Ты не собачка, ты моя девушка, — развел он руками.
— Хочешь сказать, подстилка? — прошипела она с обидой.
Выхватила из-под одеяла Фильку и обняла. Впервые в жизни Данил пожалел, что он не старая плюшевая игрушка.
— Ты никогда не была для меня подстилкой! — проговорил он, насупившись.
— Ты готов держать меня здесь, даже если мы не будем спать? Зачем тебе это? Я не собираюсь торчать здесь всю жизнь! Я не хочу этого… Отпусти меня домой!
— Я не могу тебя отпустить! Только не это, Слада. Поживи со мной еще хотя бы месяц! — зачем-то ляпнул он.
— Месяц? Зачем тебе этот месяц? Что тебе это даст?
— Пожалуйста, Слада!
— При одном условии, — хмыкнула она, — раз сказал, что я могу с тобой не спать, то я не буду!
— Со мной из-под палки спать не надо, Слада! Исключительно по твоему желанию.
— У меня его нет!
После ее откровений Хватов чуть не задохнулся от возмущения. Еле с собой справился. Каждый раз в его постели девчонка получала столько же удовольствия, сколько и он, а теперь желания у нее, видите ли, нет.