Голые чувства

Она больше не будет, да, Алиса?

— Да! — тут же кивнула девочка, потом повернулась к тете и с совершенно невинным видом спросила: — А мозно зеленую класку?

И потянула к Данилу руки.

Хватов только усмехнулся. Уж конечно, на руки взял. И плевать, что грязная. Не отказывать же ребенку в ласке в самом-то деле.

— Что стоишь? Иди за краской, — сказал Каролине.

Та сделала большие глаза и спросила:

— Ты хочешь позволить ей дальше разукрашивать стену?

Хватов пожал плечами.

— Ущерб уже нанесен, так? Стена либо отмоется, либо будет перекрашена.

И неважно, сколько Алиса туда наляпает цвета. Отчего бы не позволить ей порезвиться?

Каролина захлопала своими наращенными ресницами и вышла.

А Хватов принялся оттирать салфеткой руки дочери.

— Дизайнером будешь, да? — спросил с улыбкой.

— Да! — радостно согласилась она. — Давай обниматься?

И принялась тискать его за шею.

Хватов не побоялся бы отдать эту шкоду в военную школу, если бы туда брали девочек. Там она построила бы всех ребят, а заодно и учителей.

Но, конечно же, он свою принцессу никогда и никуда не отдаст. Ни за что не захочет с ней расстаться.

Данил помнил, как впервые взял девочку на руки."

"У крошки-дочери были совершенно удивительные глаза. После рождения насыщенно-голубые, со временем они превратились в угольно-черные. Огромные, на пол-лица, прямо как в японских аниме. К тому же ее зеркала души украшали густющие ресницы, что только добавляло ей миловидности.

Глаза его Слады! Дочь смотрела на него глазами жены.

Алиса очень походила на маму — маленькая копия его драгоценной девочки. Как повернется к нему, такое ощущение, что прямо в душу смотрит. Хватов мгновенно растаял и таял каждый раз, когда она устремляла на него взгляд.

Полюбил Алису с первых часов ее жизни. Едва прижал к груди маленький теплый комочек, душу согрело то же чувство, которое родилось в нем, когда впервые взял на руки Антона. И при чем тут какая-то ДНК?

Вдруг по коридору снова раздался шум быстрых шагов. На этот раз в дверном проеме появилась Слада.

Глаза жены показались Данилу как никогда огромными.

— Почему ты так быстро вернулась с массажа? Что случилось, малышка? — сразу забеспокоился он.

— Пора! — простонала она и схватилась за свой девятимесячный животик. — Ребенок просится наружу!

Бонус. Хватов и его женщины

Прошло еще два года:

— Каблук ты, Хватов. Не отрицай! — хмыкнул старый приятель, Вадим Войтов.

Тот пришел посоветоваться по поводу инвестиций в строительство.