А с какой стати я решила, что его будущая жена — маленькая девочка? Почему считала ее ребенком? Ведь мне никто об этом не говорил... Никто... Сама придумала и поверила в то, во что очень хотелось верить.
— …должны были назначить день свадьбы, — пробились ко мне сквозь шум в ушах слова Тэйна. — Но Айта срочно отправили в Варрию, и они с сестрой отложили оглашение до его возвращения. Кстати, Верена на днях приезжает в Кайнас. Решила навестить нас. Соскучилась, — тон Ройстана на мгновение потеплел, но тут же снова обдал меня холодом.
Качнула головой, не в силах совладать с голосом. Собраться... Нужно собраться... Он не должен видеть, что я растеряна, понять, как мне больно. Никто из них не должен. Ни Тэйн, ни Айтон. Выпрямилась, вытянулась в струнку, так, что заболела спина. Вскинула подбородок и, припомнив все уроки госпожи Джиас, произнесла спокойно и ровно:
— Видимо, лорд Айтон не счел необходимым поставить меня в известность, и я прекрасно его понимаю. Подписанного нами соглашения визит невесты никоим образом не касается и не нарушает ни одну из договоренностей.
"Тэйн продолжал молча сверлить меня тяжелым взглядом, и с языка невольно сорвалось:
— И не смотрите на меня так.
Это стало моей ошибкой.
Неуловимо быстрым движением высший перетек ближе, оттеснил меня к стене дома и мрачной тенью навис сверху.
— А как я смотрю? — лед в его глазах исчез, сменившись расплавленным золотом. — Как? Вы видите мое лицо? Какого цвета у меня глаза? Отвечайте!
Какого цвета? Желтого. Таких пронзительных янтарных глаз с яркими золотистыми искрами у людей не встретишь — только у хищников.
Образ огромного зверя, нетерпеливо постукивающего по земле хвостом и внимательно следящего за беззащитной жертвой, молнией мелькнул в голове, но я ничего не сказала. Вообще не издала ни звука. Только поморщилась и отвернулась, когда высший наклонился слишком низко.
— Ну, что же вы молчите, Элис? — в тоне мужчины прорезались какие-то рычащие нотки.
Странная настойчивость Тэйна беспокоила, пугала.