Я передавала свою ловкость, рефлексы, сформированные ежедневными многочасовыми тренировками и доведенные до автоматизма, передавала инстинктивную нелюбовь к чужим прикосновениям. Себя. Гибче, еще гибче. Никакой резкости, минимум затрат, пусть жгуты проходят в миллиметре — чтобы увернуться, не обязательно отпрыгивать. Вот так, сохраняй силы. И он уклонялся. Его тело танцевало, двигалось, играло, уходило от града ударов. Райден один сдерживал, отвлекал Башню. На моем лице расползлась шалая, счастливая улыбка. Я вытерла текущую из носа кровь и растерла ее в трясущихся пальцах.
О, проклятие! Я же задействую пси-энергию, и сейчас слабею как Стражи. Тихо сев на пол, уже не в силах стоять, я обняла коробку с яичницей. Не разрывая контакта, продолжая транслировать себя туда, где во мне нуждались. Ничего, сейчас важнее всего Райден. На краю зрения что-то дернулось. Чуть повернув голову, я увидела, как с пола поднимается худая скособоченная фигура.
"— Так-так-так. Какая прелесть, — хриплый голос излучал довольство. — Неужто наш маленький Страж обессилел? И, наконец, перестанет лезть куда не просят — по кустам, по подвалам, по душевым. Не будет тыкать пальцем и называть меня хаоситом. Он подошел совсем близко, и теперь приходилось напрягаться, чтобы не потерять связь с Камачо, которого я почти перестала видеть из-за нависшей надо мной фигуры секретаря.
— Слабенькая, даже говорить не можешь. Не Стрела. Просто поломанная щепка. Достаточно ли в щепке тьмы?
От его лица отделилась тень. Вылезла как выглядывает белка из дупла, вытягивая шею, с любопытством поводя головой. Такой же как новопришедшие. Те, которые сейчас запускали корни в Стражей. Вот ты какой, офицер Хаоса, сумевший подселиться в секретаря академии Стражей.
— Ох. Какая плоть. Отлично подходит, — Я слушала его бормотание. Хаосит, в своей истинной форме, разговаривал сам с собой, считая, что я не смогу его услышать, и крутил жгутом в моем плече, вызывая острую кинжальную боль. — Чуть не помешала управлению боем, глупая человечка.