Чтобы накопить десять тысяч долларов, которые у неё на квартире нашли и изъяли работники милиции, ей пришлось не только торговать собой, унижаться перед клиентами, предать подругу, но и рисковать своей жизнью. И ради чего? Чтобы сейчас лишиться всего, что таким трудом было добыто! Такая дикая несправедливость была выше понимания Сабины.
Ей нужно было время, чтобы обдумать, понять случившееся и принять однозначное решение. Только после этого она могла быть готова к беседе со следователем и откровению с ним.
В камере, куда была помещена Сабина Табен, уже находилась женщина лет сорока пяти, среднего роста, худая, с выпирающими скулами. Увидев в камере Табен, одетую в импортный спортивный костюм, с пачкой сигарет и спичками в руке, сокамерница подошла к новенькой и, не поздоровавшись с ней, поинтересовалась:
— Сигаретой не угостишь?
Сабина молча удовлетворила её просьбу. Закурив, женщина подошла к нарам и, усевшись на свой пиджак, с удовольствием предалась курению.
Постояв в задумчивости у двери в камеру, Сабина прошла к нарам и присела на них недалеко от сокамерницы.
Прервав своё занятие, женщина выпустила изо рта дым и спросила:
— Что, милая, тяжела тебе оказалась шапка Мономаха?
— Не говорите, прямо жить не хочется, — вздохнула Сабина.
— Как тебя звать?
— Сабина.
— Меня Надей зовут. Тебе, Сабина, ещё рано кряхтеть. Ты молодая, красивая, а значит, нигде не пропадёшь. Мне пятая ходка светит. Суд железно признает меня особо опасной рецидивисткой.
— За что ты сюда попала?
— Да так, по мелочи, за две кражи и грабёж.
— И ты так спокойно говоришь, как будто не о себе, а о ком-то другом! — удивилась наивно Сабина.
— А что делать? Все доказано и повязано, ловить в небе журавля не приходится.
— Теперь и мне придётся к такой жизни привыкать. — Сабина глубоко вздохнула и закурила.
— А что ты натворила? — спросила Надежда. Сабина решила во всем открыться воровке со стажем, рассчитывая, что та сможет ей дать полезный совет.
Выслушав Сабину и вновь закурив, Надя не спешила со своими советами. Не вытерпев молчанки, Сабина была вынуждена поторопить сокамерницу.
— Что скажешь, Надя, что посоветуешь? — с надеждой в голосе поинтересовалась она.
— Ты, Сабина, вляпалась в такое дерьмо… Даже мне, с моим воровским опытом, ничего путного не приходит в голову, чтобы посоветовать тебе.