Диана поняла, что из-за синяков она Могиле не нравится, и, поднявшись с постели, молча стала одеваться, при этом в первую очередь посадила на нос огромные солнцезащитные очки.
Присев на стул и закурив, Могила с минуту наблюдал за её действиями. Потом, сделав несколько затяжек и выпустив дым изо рта, он произнёс:
— Ну давай, красавица, рассказывай подробно, с самого начала, что у тебя вчера тут произошло.
Присев на неубранную постель, Диана приступила к своему повествованию:
— Примерно в восемь вечера ко мне в кабинет пришёл наш старый, проверенный клиент.
— Расскажи мне о нем поподробнее, — приказал Могила.
— Я знаю только, что он денежный человек, работает в каком-то банке. Больше я о нем ничего не могу сказать. Он и некоторые из его друзей часто пользовались услугами нашего заведения, поэтому он был у меня в доверии.
— А в каком банке и кем он работает, не знаешь, — язвительно заметил Могила.
— Потому и не знаю больше о нем ничего, что не в паспортном столе работаю.
— Ты не оправдывайся, а рассказывай дальше.
— Я не оправдываюсь, а просто констатирую факт, — сочла нужным заметить Диана. — Он мне сказал, что двое его хороших знакомых пожелали отдохнуть у нас и побаловаться с нашими девушками. Я спросила, есть ли у них деньги, чтобы оплатить наши услуги. Он ответил, что у них проблем с капустой нет. Затем я поинтересовалась, не легавые ли они и ручается ли он за их порядочность.
— Ту хохлушку, что ли?
— Ту самую, что ты неделю топтал.
— Не болтай глупости, говори дальше.
— Другой, постарше, выбрал Нонну, кобылу из местных.
— Это не та, что бутылку о кумпол одному бугаю разбила, который по рассеянности не в ту дырку хотел попасть?
— Она самая, — подтвердила Диана. — Корчила из себя черт знает какую интелепузию. Честно скажу, Нонна мне все время не нравилась.
— Я знаю, почему она тебе не нравилась: она не желала выполнять твои прихоти, которые ты с телками вроде Марины позволяла себе.